Сретенский Месяцеслов

Воскресенье, 3 апреля
21 марта ст. ст.

Неделя 4-я Великого поста (преп. Иоанна Лествичника). Глас 8.
Пост

Преподобный Иоанн Лествичник,
игумен Синайский

Преподобный
Серафим Вырицкий

Святые дня
Прп. Иоанна Лествичника (649). Прп. Иакова еп., исп (VIII-IX). Прп. Серафима Вырицкого (1949). Свт. Кирилла, еп. Катанского (I-II). Свт. Фомы, патриарха Константинопольского (610). Сщмч. Владимира пресвитера (1931).
ЕВАНГЕЛЬСКИЕ ЧТЕНИЯ
Утр. - Ев. 8-е, Ин., 64 зач., XX, 11-18. Лит. - Евр., 314 зач., VI, 13-20. Мк., 40 зач., IX, 17-31. Прп.: Еф., 229 зач., V, 8-19. Мф., 10 зач., IV, 25 - V, 12.

Литургия св. Василия Великого.

ЖИТИЕ ПРЕПОДОБНОГО ИОАННА ЛЕСТВИЧНИКА, ИГУМЕНА СИНАЙСКОГО

Преподобный Иоанн Лествичник почитается Святой Церковью как великий подвижник и автор замечательного духовного творения, называемого «Лествицей», поэтому преподобный и получил прозвание Лествичника.

О происхождении преподобного Иоанна почти не сохранилось сведений. Существует предание, что он родился около 570 года и был сыном святых Ксенофонта и Марии, память которых празднуется Церковью 26 января.

Шестнадцати лет отрок Иоанн пришел в Синайский монастырь. Наставником и руководителем преподобного стал авва Мартирий. После четырех лет пребывания на Синае святой Иоанн Лествичник был пострижен в иночество. Один из присутствовавших при постриге, авва Стратигий, предсказал, что он станет великим светильником Церкви Христовой.

В течение 19-ти лет преподобный Иоанн подвизался в послушании своему духовному отцу. После смерти аввы Мартирия преподобный Иоанн избрал отшельническую жизнь, удалившись в пустынное место, называемое Фола, где провел 40 лет в подвиге безмолвия, поста, молитвы и покаянных слезах. Неслучайно в «Лествице» преподобный Иоанн так говорит о слезах покаяния: «Как огонь сожигает и уничтожает хворост, так чистая слеза омывает все нечистоты, наружные и внутренние».

Сильна и действенна была его святая молитва, об этом свидетельствует пример из жития угодника Божия.

У преподобного Иоанна был ученик, инок Моисей. Однажды наставник приказал своему ученику наносить в сад земли для грядок. Исполняя послушание, инок Моисей из-за сильного летнего зноя прилег отдохнуть под тенью большого утеса.

Преподобный Иоанн Лествичник находился в это время в своей келлии и отдыхал после молитвенного труда. Внезапно ему явился муж почтенного вида и, разбудив святого подвижника, с упреком сказал: «Почему ты, Иоанн, спокойно отдыхаешь здесь, а Моисей находится в опасности?» Преподобный Иоанн тотчас пробудился и стал молиться за своего ученика. Когда его ученик возвратился вечером, преподобный спросил, не случилось ли с ним что-либо плохое. Инок ответил: «Нет, но я подвергся большой опасности. Меня едва не раздавил большой обломок камня, оторвавшийся от утеса, под которым я в полдень уснул. К счастью, мне представилось во сне, что ты зовешь меня, я вскочил и бросился бежать, а в это время с шумом упал огромный камень на то самое место, с которого я убежал...».

Об образе жизни преподобного Иоанна известно, что питался он тем, что не запрещалось уставом постнической жизни, но – умеренно. Не проводил ночей без сна, хотя спал не более того, сколько необходимо для поддержания сил, чтобы непрестанным бодрствованием не погубить ума. «Я не постился чрезмерно, – говорит он сам о себе, – и не предавался усиленному ночному бдению, не лежал на земле, но смирялся, и Господь скоро спас меня».

Примечателен следующий пример смирения преподобного Иоанна Лествичника. Одаренный высоким проницательным умом, умудренный глубоким духовным опытом, он с любовью поучал всех приходивших к нему, руководя их ко спасению. Но когда явились некоторые, по зависти упрекавшие его в многословии, которое они объясняли тщеславием, то преподобный Иоанн наложил на себя молчание, чтобы не подавать повода к осуждению, и безмолвствовал в течение года.

Завистники осознали свое заблуждение и сами обратились к подвижнику с просьбой не лишать их духовной пользы собеседования.

Скрывая свои подвиги от людей, преподобный Иоанн иногда уединялся в пещере, но слава о его святости распространилась далеко за пределы места подвигов, и к нему непрестанно приходили посетители всех званий и состояний, жаждавшие услышать слово назидания и спасения.

В возрасте 75-ти лет, после сорокалетнего подвижничества в уединении, преподобный был избран игуменом Синайской обители. Около четырех лет управлял преподобный Иоанн Лествичник святой обителью Синая. Господь наделил преподобного к концу его жизни благодатными дарами прозорливости и чудотворений.

Во время управления монастырем, по просьбе святого Иоанна, игумена Раифского монастыря (память в Сырную субботу), и была написана преподобным знаменитая «Лествица» – руководство для восхождения к духовному совершенству. Зная о мудрости и духовных дарованиях преподобного, Раифский игумен от лица всех иноков своей обители просил написать для них «истинное руководство для последующих неуклонно, и как бы лествицу утверждену, которая желающих возводит до Небесных врат...». Преподобный Иоанн, отличавшийся скромным о себе мнением, сначала смутился, но затем из послушания приступил к исполнению просьбы раифских иноков. Свое творение преподобный так и назвал – «Лествица», объясняя название следующим образом: «Соорудил я лествицу восхождения... от земного во святая... во образ 30 лет Господня совершеннолетия, знаменательно соорудил лествицу из 30 степеней, по которой, достигнув Господня возраста, окажемся праведными и безопасными от падения».

Цель этого творения – научить, что достижение спасения требует от человека нелегкого самоотвержения и усиленных подвигов. «Лествица» предполагает, во-первых, очищение греховной нечистоты, искоренение пороков и страстей в ветхом человеке; во-вторых, восстановление в человеке образа Божия.

Хотя книга была написана для иноков, любой христианин, живущий в миру, получает в ней надежного путеводителя для восхождения к Богу, и столпы духовной жизни. Преподобный Феодор Студит (память 11 ноября и 26 января), Сергий Радонежский (память 25 сентября и 5 июля), Иосиф Волоколамский (память  9 сентября и 18 октября) и другие ссылались в своих наставлениях на «Лествицу», как на лучшую книгу для спасительного руководства.

Содержание одной из степеней «Лествицы» (22-я) раскрывает подвиг истребления тщеславия. Преподобный Иоанн пишет: «Тщеславие высказывается при каждой добродетели. Когда, например, храню пост – тщеславлюсь, и когда, скрывая пост от других, разрешаю на пищу, опять тщеславлюсь – благоразумием. Одевшись в светлую одежду, побеждаюсь любочестием, и, переодевшись в худую, тщеславлюсь. Говорить ли стану – попадаю во власть тщеславия. Молчать ли захочу, опять предаюсь ему. Куда ни поверни это терние, оно всё станет спицами кверху. Тщеславный на взгляд, чтит Бога, а на деле более старается угодить людям, чем Богу... Люди высокого духа сносят обиду благодушно и охотно, а слушать похвалы и не ощущать никакой приятности могут только святые и непорочные... Когда услышишь, что ближний или друг твой в глаза или за глаза злословит тебя, похвали и полюби его... Не тот показывает смирение, кто сам себя бранит: как быть несносным самому себе? Но кто, обесчещенный другим, не уменьшает своей любви к нему... Кто превозносится природными дарованиями – счастливым умом, высокой образованностью, чтением, приятным произношением и другими подобными качествами, которые легко приобретаются, тот никогда не приобретает даров сверхъестественных. Ибо кто в малом неверен, тот и во многом будет неверен и тщеславен. Часто случается, что Сам Бог смиряет тщеславных, насылая неожиданное бесчестие... Если молитва не истребит тщеславного помысла, приведем на мысль исход души из этой жизни. Если и это не поможет, устрашим его позором Страшного суда. ‟Возносяйся смирится” даже здесь, прежде будущего века. Когда хвалители, или лучше – льстецы, начнут хвалить нас, тотчас приведем себе на память все беззакония свои и найдем, что вовсе не стоим мы того, что нам приписывают».

Этот и другие примеры, находящиеся в «Лествице», служат образцом той святой ревности о своем спасении, которая необходима каждому человеку, желающему жить благочестиво, а письменное изложение его мыслей, составляющих плод многих и утонченных наблюдений его над своей душою и глубокого духовного опыта, является руководством и великим пособием на пути к истине и добру.

Степени «Лествицы» – это прехождение из силы в силу на пути стремления человека к совершенству, которое не вдруг, но только постепенно может быть достигаемо, ибо, по слову Спасителя, «Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его» (Мф. 11: 12).


ЖИТИЕ ПРЕПОДОБНОГО СЕРАФИМА ВЫРИЦКОГО

Преподобный Серафим Вырицкий (в миру Муравьев Василий Николаевич) родился в крепкой христианской семье, в Ярославской губернии, в деревне Вахромеево, 31 марта 1866 года. Родители мальчика, Муравьев Николай Иванович и Муравьева Хиония Алимпьевна, будучи набожными людьми, стремились привить любовь к Богу и сыну.

Имя Василий было дано ему при Крещении, 1 апреля 1866 года, в честь святого Василия Нового.

Первые уроки духовно-нравственного воспитания он получил от родителей. Сообщают, что с детства в нём проявлялись такие человеческие качества, как усердие и терпение, трудолюбие и упорство. Василий рано освоил общую грамоту. Первыми его книгами были Псалтирь и Святое Евангелие.

В юности он зачитывался житиями святых. История жизни Христа и апостолов, история жизни великих подвижников глубоко впечатляла и трогала юношеское сердце. С того времени в нём зародилось желание посвятить свою жизнь монашескому подвигу. Правда, до времени это желание оставалось скрытым от окружающих.

Родители Василия слыли хозяйственными людьми. Но это не препятствовало им осуществлять и христианское делание. В воскресные дни семья регулярно присутствовала на богослужении. Кроме того, исполняя Божественную заповедь о любви к ближнему, Муравьевы помогали нуждающимся пищей и кровом. По мере возможности их семья совершала паломнические путешествия к святым местам. Были они и в Свято-Троицкой Сергиевой лавре, где тогда подвизался известный старец Варнава (Меркулов). Его поучения встретили в сердце Василия благодатную почву.

Но вот в семью пришло горе. На сороковом году жизни умер отец Василия. И ему не оставалось ничего другого, как взять заботу о семье в свои руки. И он, десятилетний ребенок, воспользовавшись предложением односельчанина, работавшего приказчиком в одной из коммерческих лавок Санкт-Петербурга, отправился на заработки. Мать благословила его на дорогу иконой.

Стараниями односельчанина Василий получил должность рассыльного при одной из лавок Гостиного двора. Он трудился со тщанием, и такое отношение к работе не осталось без должного признания. Со временем ему поручали все более сложные и ответственные дела. Помощью Божьей, он не подводил тех, кто ему доверял, отвечая добром на добро. Существенную часть заработанных денег он отправлял своей матери, которая в то время страдала не только от горя, но и от болезни.

К 17 годам Василий дослужился до старшего приказчика в лавке Гостиного двора, а в 26 лет организовал собственное дело. Впоследствии же он сделался одним из наиболее успешных торговцев пушниной в России, поставлявшим товары даже и за границу. Сказались его трудолюбие и целеустремленность.

Предпринимательство требовало от Василия самоотдачи, но, отдаваясь коммерции, он не забывал о Боге и о своём давнем желании приобщиться к монашеству: много молился, посещал храм; когда требовалось ездить по торговым делам в разные части страны, он, по возможности, старался посещать и святые места. При случае он навещал свою мать.

Рассказывают, что на жизнь в миру до определенной поры его ещё в юности благословил старец Варнава. Разумея Божественный Промысл, подвижник заметил Василию, что пока ему надлежит жить как обыкновенному человеку, исполнять волю Божию, оставаясь в миру; надлежит создать семью, а монашество он примет тогда, когда Богу будет угодно.

В возрасте 24 лет Василий соединился брачными узами с Ольгой Ивановной Нетрониной. Их отношения строились на взаимной любви и обоюдном понимании. В 1895-м году в их семье родился первенец, Николай, а спустя некоторое время ‒ дочь Ольга. Приблизительно через год девочка умерла. Тогда, по общему решению и согласию, с благословения старца Варнавы, они стали жить как брат и сестра, готовя себя к будущей монашеской жизни.

Нередко гостями супругов становились болящие и бедняки. Совсем немалые средства Муравьевы жертвовали на богадельни и церковные нужды (к примеру, одно из их пожертвований составило сумму в 40 тысяч рублей!).

В 1903-м году, когда происходили торжества по поводу прославления Серафима Саровского, Василий и Ольга присутствовали на этом торжестве.

В 1905-м году Василий Николаевич вступил в членство одной из крупнейших благотворительных организаций России – Ярославского благотворительного общества. Уместно отметить, что участником этого общества был и святой Иоанн Кронштадтский. В 1908-м году его ряды пополнил Высокопреосвященный Тихон, возглавивший Ярославскую кафедру (впоследствии – Патриарх).

В 1906-м году почил о Господе духовный наставник Василия, старец Варнава. В. Муравьев смог увидеться с ним перед его смертью, когда тот посещал Петербург.

Вплоть до 1917 года Василий Николаевич оказывал Церкви материальную поддержку.

Но когда вместе с революцией пришли хаос и смута, он лишился торгового дела и былых средств. Тысячи людей, не вписавшихся в контуры нового общества, вынуждены были бежать за рубеж.

В этот период Василий потерял многих друзей. Вместе с гонениями на капитал и построением «нового мира» начались гонения за веру. Последовали кровавые расправы над священнослужителями. Василий Николаевич имел возможность отправиться в эмиграцию. Но не захотел.

Шёл 1920 год. В этот трудный период В. Муравьев решил вступить в братию Свято-Троицкой Сергиевой лавры. Но Промысл Божий распорядился иначе. Митрополит Петроградский и Гдовский Вениамин благословил его принять монашеский постриг в Александро-Невской лавре.

29 октября 1920 года постриг был совершен, и Василий получил новое имя ‒ Варнава, в честь своего духовного наставника, Варнавы Гефсиманского. Приблизительно в это время жена Василия, Ольга, вступила в монашество в Воскресенском Новодевичьем монастыре, с наречением имени Христина.

Вскоре Варнава был посвящен в иеродиакона. Время было страшное, люди гибли в огромном количестве. В этот период он нёс одно из наиболее трудных послушаний – заведовал кладбищенской конторой. Светские власти постоянно встревали в дела обители с указаниями и претензиями, но, как ни удивительно, монашеская жизнь в лавре не только не угасала, но и имела необычайный духовный подъём.

В 1921-м году, 11 сентября, митрополит Вениамин рукоположил отца Варнаву в иеромонаха. Вместе с пастырской деятельностью он занимался и экономическими вопросами, связанными с хозяйственными нуждами. Здесь ему пригодился прежний предпринимательский опыт.

1922 год ознаменовался для лавры серьёзными внутренними сложностями. В июле в лавру явился самосвят Николай Соболев, обновленческий архиепископ, и потребовал передать руководство обителью под его омофор. Вместе с тем он решительно запретил возносить за богослужением имя Патриарха Тихона.

Хорошо понимая, что прямое и открытое противление обновленцам, имевшим поддержку у светских властей, может привести лавру к губительным последствиям, архимандрит Иоасаф, тогдашний руководитель обители, счёл за лучшее прибегнуть к компромиссу: признать формально власть обновленцев и прекратить поминать имя претившего им Патриарха за богослужением, но при этом сохранить действительное управление обителью и оградить её жизнь от обновленческих новшеств.

Часть братии поддержала это решение, а часть – нет. Нависла угроза раскола. Чтобы выйти из этой ситуации, иеромонах Варнава, совместно с архимандритом Сергием (духовником обители) и иеромонахом Варлаамом, призвали братию принять внешние уступки. Их увещевание возымело силу, а со временем стала очевидной и их правота. После освобождения святителя Тихона, в 1923-м году, лавра вернулась под патриаршую власть.

Видя добросовестное исполнение отцом Варнавой обязанностей пастырского и монашеского служения, братия избрали его членом Духовного Собора; тогда ему был доверен пост казначея.

Приблизительно в 1926–27 годах отец Варнава облекся в великую схиму и получил новое имя – Серафим, в честь Серафима Саровского. Вскоре на общем собрании обители он был избран духовным руководителем лавры.

Рассказывают, что в 1927-м году отец Серафим предсказал архиепископу Алексию (Симанскому) будущее посвящение в Патриарха. Дар прозорливости не раз проявлялся в отце Серафиме и по отношению к прочим людям, в том числе простым, искавшим у него совета и благословения. Кроме того, он возвещал о грядущем усилении гонений на Церковь, что и произошло.

Через три года служения в должности духовника здоровье отца Серафима серьезно пошатнулось. Сказались долгие пребывания в холоде, стояние на ледяном полу во время богослужения. Какое-то время он пытался скрывать свою болезнь, продолжал исполнять пастырский долг. Между тем состояние здоровья ухудшалось. А однажды он даже не смог подняться с постели.

В 1930-м году, по благословению митрополита Серафима (Чичагова), он перебрался на жительство и служение в Вырицу. Тамошний климат лучше соответствовал его немощному состоянию.

Вместе с ним, также с благословения митрополита, в Вырицу переселилась схимонахиня Серафима (Ольга Ивановна Муравьева) и двенадцатилетняя послушница Маргарита, их внучка. Отныне главное послушание двух этих близких страдальцу людей заключалось в уходе за ним.

С наступлением 1932 года гонения на Церковь усилились, прокатилась волна арестов. Количество храмов к этому времени резко сократилось.

Между тем к старцу тянулось огромное множество людей. Родные и близкие, опасаясь за его здоровье, хотели было ограничить круг общения, но он категорически заявил, что, покуда хватит сил, будет принимать тех, кто имеет в этом нужду. Более того, отец Серафим, несмотря на физическую слабость, старался не ослаблять бдение, молитву и пост.

Священнослужители местной Церкви еженедельно причащали его Святых Христовых Таинств. Примерно в 1935-м году Вырицкий пастырь принял на себя подвиг молитвы на камне, в подражание святому Серафиму Саровскому. Делал он это по мере возможности и сил, когда позволяло здоровье. После же того, как Советский Союз вступил в войну с фашисткой Германией, отец Серафим, ища заступничества у Небесного Царя, стал молиться на камне ежедневно.

С самого начала Великой Отечественной войны он верил в Победу. И даже не боялся говорить об этом оккупантам. Когда в 1941-м году немцы овладели Вырицей и расположили в ней воинскую часть, включавшую православных румын, вырицкий храм, закрытый богоборцами ещё в 1938-м году, вновь открыл двери для верующих.

В 1945-м году почила о Господе схимонахиня Серафима (Ольга Ивановна Муравьева). Отец Серафим, прозревая Божественную волю, понимал, что достаточно скоро произойдёт и его исход. Последние годы своей жизни он был прикован к постели, иногда даже не находил в себе сил отвечать на записки.

Святой старец Серафим тихо отошёл ко Господу 3 апреля 1949 года.


Тропарь преподобному Иоанну Лествичнику, игумену Синайскому. Глас 1.
Пустынный житель и в телеси ангел/ и чудотворец явился еси, богоносе отче наш Иоанне,/ постом, бдением, молитвою Небесная дарования приим,/ исцеляеши недужныя и души верою притекающих ти./ Слава Давшему ти крепость,/ слава Венчавшему тя,// слава Действующему тобою всем исцеления
Кондак преподобному Иоанну Лествичнику, игумену Синайскому. Глас 4.
На высоте Господь воздержания истинна тя положи,/ яко же звезду нелестную, световодящую концы,// наставниче Иоанне, отче наш.
Величание преподобному Иоанну Лествичнику, игумену Синайскому:
Ублажаем тя,/ преподобне отче Иоанне,/ и чтим святую память твою,/ наставниче монахов// и собеседниче ангелов.
Тропарь преподобному Серафиму Вырицкому. Глас 4.
Яко великаго молитвенника за землю нашу/ и утешителя теплаго притекающих к тебе,/ ублажаем тя, вторый русский отче Серафиме,/ вся бо яже в мире красная оставил еси,/ всем сердцем устремился еси к чертогам сладчайшаго Христа/ и в годину лютых гонений образ кротости и смирения всем был еси:/ не престай и ныне молитися за ны,/ да в терпении обрящем путь покаяния// и с тобою выну славим Пресвятую Троицу.
Кондак преподобному Серафиму Вырицкому. Глас 5.
Подражая богоносному угоднику Саровскому,/ Духа Святаго благодать обильно стяжал еси:/ Александро-Невския лавры крине благоуханный,/ Вырицкия веси похвало,/ сего ради и мы тебе зовем:/ радуйся, преподобне Серафиме,// милостивый наш предстателю пред Господем.
Величание преподобному Серафиму Вырицкому:
Ублажаем тя,/ преподобне отче Серафиме,/ и чтим святую память твою,/ наставниче монахов// и собеседниче ангелов.