«Епископский» дождь

Из воспоминаний митрополита Питирима (Нечаева)

1. Митрополит Питирим (Нечаев).jpg
Митрополит Питирим (Нечаев)

Дождик…

1964 год… Святейший Патриарх Алексий посещает Болгарию. Патриарх Кирилл Болгарский – личность незаурядная, член Академии наук, виднейший мировой знаток истории болгарского Возрождения, кстати, оставивший мне завет, который я до сих пор не выполнил: произвести исследование влияния русского славянофильства на болгарское освободительное движение. Так вот, он пожаловался: «Ваше Святейшество, трагедия! Национальная трагедия: три месяца нет дождя – в Казанлыке гибнут розы. Розового масла не будет!» Надо сказать, что Святейший Патриарх Алексий, путешествуя по Востоку, обычно привозил за собой дождь, что на Востоке всегда было особенно ценно и дорого. А Патриарх, при контрастном своем характере имел и чувство большого внутреннего умиротворения. Спокойно глядя на Патриарха Кирилла, он сказал: «Ну, ничего, ничего… Господь даст, все будет. Не надо так тяжело воспринимать… Все будет!» И когда мы приехали в Казанлык, нельзя было выйти из машины: стеной лил дождь. И люди смеялись, плакали, хлопали в ладоши, усиливая еще больше брызги, и когда нас прикрыли зонтиками, естественно, с двух сторон зонтика вся вода стекала на нас. Но все были счастливы.

Ваше Святейшество, трагедия! Национальная трагедия: три месяца нет дождя …
Спустя несколько лет – кажется, в 1971 или 72 году – мне довелось быть на Кипре, и архиепископ Макариос сказал: «Вы знаете – национальная трагедия! Три года нет дождя. Гибнут цитрусовые посадки, экономика вся гибнет». Я ему рассказал этот эпизод. Он спросил – совершенно серьезно: «А Вы нам дождь не можете сделать?» Я говорю: «Видите ли, невозможно – там был Патриарх, а я всего-навсего епископ». – «Ну хотя бы маленький, епископский дождик!» Мы посмеялись, выпили по чашке кофе, он вышел меня провожать к машине и… пошел дождь! Но он высыхал в этой раскаленной атмосфере, не каждая капля даже попадала на полированный камень, он буквально таял в воздухе. Я был в составе делегации – «боролись за мир», – и потом, куда бы мы на Кипре не приезжали, везде меня спрашивали, будет ли «епископский» дождик.

Не так давно, году в 1996-м, я снова был на Кипре. Приехали мы в декабре, когда там дождь вполне обычен, но в этот год зима не устанавливалась, было сухо, солнечно и тепло – впору купаться. Тогда в шутку возник вопрос о «митрополичьем» дожде. Я сказал, что никакого дождя делать не буду. Но, как только мы сошли с трапа самолета, похолодало, набежали темные тучи и начался дождь, который продолжался все три дня нашего пребывания. Он был такой сильный, что затопило весь город, было парализовано движение, так как машины не могли пробиться через толщу воды; не было электричества. Там, где остановились мы, оно, правда, было, потому что мы жили на горке, и у хозяина был свой движок. Но под конец разразилась гроза, где-то поблизости от нас раздался страшный удар грома. Казалось, что треснула гора или слетела крыша. Электрический разряд был такой силы, что не только пробки выскочили, но и сам движок сгорел. Мне тогда мои друзья сказали: «Уезжай-ка ты поскорее!» И когда мы, собираясь улетать, подъезжали к аэродрому, дождь утих.

Вера в России жива!

В Греции у меня есть друг, архимандрит. Родился он в Воронеже, в 1937 году, говорит по-русски в совершенстве. Его отец был инженер, работал по контракту, до 1937 года, конечно. Вовремя уехал. Это великолепный монах, очень образованный, организатор прекрасный, вырастил его старый афонский монах. Он в окрестностях Афин организовал монастырь, а мой знакомый, о. Тимофей, в молодости (теперь он уже седой) был священником в «Русском доме». Там доживали век русские эмигранты, я там часто бывал. В очередной мой визит он мне говорит: «Мы с такой радостью увидели, что русские спортсмены православные!» Я в ответ: «Да, да…», – а сам думаю, что же это он увидел? Оказывается, были какие-то международные соревнования, и все спортсмены не могли взять то ли верхнюю планку, то ли дистанцию на прыжке в длину, а когда пришел советский спортсмен, он перекрестился, прыгнул – и поставил рекорд.

Советский спортсмен перекрестился, прыгнул – и поставил рекорд
Я про себя подумал: может, это потому, что в советское время была такая манера – в шутку креститься? Это был фильм такой, где герой во время канонады крестится и что-то такое шепчет. Может, это было в шутку? Но на его круг людей – православных греков и русских эмигрантов – это произвело колоссальное впечатление как самый важный аргумент в пользу того, что вера в России жива.

Шериф-священник

В одном из маленьких городков под Нью–Йорком шерифом был священник – сын матроса с броненосца «Потемкин». Это был человек двухметрового роста, никогда не повышавший голоса. Когда Патриарх приезжал в Соединенные Штаты, он встречал его и, отпихнув всех сотрудников, говорил: «Я здесь главный», – и даже за руль садился в кодиллаке. При своих внушительных внешних данных он правил силой нравственного авторитета. Так и был – настоятелем прихода и шерифом местной общины.

2. Митрополит Питирим (Нечаев).jpg
Митрополит Питирим (Нечаев)

Вспыльчивый Карл Великий

Очень интересный эпизод рассказывают в Аахене, где в алтаре древнего собора находится гробница Карла Великого. Во время Второй мировой войны союзная бомба пробила крышу над алтарем. Естественно, по закону баллистики она должна была идти по прямой и попасть либо непосредственно в гробницу Карла Великого, либо рядом. Но удивительно, что в передней части алтарной апсиды было отверстие, поэтому бомба изменила траекторию и под прямым углом вылетела в противоположную стену. Жители Аахена говорят, что Карл Великий был очень вспыльчивый человек и он страшно рассердился, когда бомба попала в храм. Он встал из гробницы и вытолкнул ее наружу.

Как надо проводить уик-энд

На Западе раньше существовала практика, вошедшая в обиход под названием «retreat». Сейчас это называется «уик-энд». Но уик-энд ассоциируется, прежде всего, с катанием на горных лыжах, с прогулками в хорошей компании, с «поддатием» умеренным или неумеренным, с различными развлечениями, – все, чтобы развлечься, расслабиться, отдохнуть.

Уик-энд состоял в том, что люди уезжали куда-нибудь в монастырь или в загородное поместье и просто приходили в себя
Между тем, сто лет тому назад (конечно, в определенной среде), уик-энд состоял в том, что люди, перегруженные городской суетой и нервотрепкой, уезжали куда-нибудь в монастырь или в загородное поместье и там, ни с кем не общаясь, просто приходили в себя. А в нашей русской традиции в прежнее время к посещению храма еще добавлялись и обычаи гигиены: пять дней человек работает, в пятницу вечером идет в баню, парится, сбрасывает усталость, заботы, в субботу идет ко Всенощной, потом в воскресенье к Обедне, проводит день в кругу семьи, и с понедельника – снова за работу.

Древний символ

Епископ Василий (Кривошеин) приезжал в Россию довольно часто, но всегда почему-то подвергался тщательнейшему досмотру на таможне. Видимо, как–то раз он попал в какой–то черный список и потом уже не мог из него выйти. Однажды офицер-таможенник пытал его с особым пристрастием.

– Что это вы везете?

– Облачение.

– А зачем оно вам? Что вы, так служить не можете?

– Нет, не могу.

– А почему оно у вас не одно?

– Оно одно, это только разные детали.

– А без них нельзя?

– Нельзя.

Так спрашивалось о каждой вещи. Наконец дошла очередь до архиерейского жезла.

– Это что?

– Это жезл, символ архиерейской власти.

– А зачем на нем змеи?

– О, это древний символ! Вот видите: две змеи, одна умная, другая – глупая, ведут беседу. Прямо как мы с вами!

Таможенник выругался и пропустил его.

Размер пожертвования: рублей Пожертвовать
Комментарии
Написать комментарий

Здесь вы можете оставить к данной статье свой комментарий, не превышающий 700 символов. Все поля обязательны к заполенению.

Введите текст с картинки:

CAPTCHA
Отправить