Рецепт священномученика Илариона: радуйся всегда, и не думай о себе больше, чем ты есть на самом деле

Насколько христианин должен осознавать свои грехи и скорбеть о них,
настолько же он должен радоваться бесконечной милости и благодати Божией
и никогда не сомневаться и не отчаиваться в своем жизненном подвиге.

(Священномученик Иларион (Троицкий))

Архимандриту Илариону настолько был чужд дух уныния, поэтому в первый свой арест 10 марта 1919 года он даже в Бутырской тюрьме не только не унывает, но и находит положительные моменты и не теряет времени зря, но проводит с пользой. Если упустить упоминания о тюрьме, то может сложиться впечатление, что его письма отправлены из дома отдыха:

«Живу я по-прежнему хорошо; совсем здесь обжился, будто так и нужно. Здесь я даже поправился, потолстел, физически чувствую совсем хорошо. Чтоб усилить циркуляцию крови, начал я ходить на работу, например выкачивать воду из тюремных подвалов. Хорошо, что несколько проведешь на воздухе и немного мускулы разовьешь. За работу еще 1 фунт хлеба прибавляют. Питаюсь по настоящему времени прекрасно, время идет незаметно; даже досадно, что, например, книги медленно читаются. Жизнь идет размеренная, правильная. Будь всё это где-нибудь в хорошей местности, прямо санаторий».

Верный своей «первой любви», архимандрит Иларион и в тюрьме находит возможность для расширения научных познаний:

«Сейчас в камере собрались у нас три профессора. Читаем время от времени лекции; прошли курс стенографии. Прямо считаю нужным сказать, эти 2 месяца прожил я и не без пользы, и даже интереснее, чем жил вне тюрьмы». 

Много можно услышать историй об удивительном владыке Иларионе во время заключения его в СЛОНе (Соловецкий лагерь особого назначения). Живой пример невероятного смирения нам показывает этот отрывок:

«На Филимоновой рыболовной тоне, в семи верстах от Соловецкого кремля и главного лагеря, на берегу заливчика Белого моря, мы с архиепископом Иларионом, еще двумя епископами и несколькими священниками, все заключенные, были сетевязальщиками и рыбаками. Об этой нашей работе архиепископ Иларион любил говорить переложением слов стихиры на Троицын день: “Вся подает Дух Святый: прежде рыбари богословцы показа, а теперь наоборот – богословцы рыбари показа”. Так смирялся его дух с новым положением…

Владыку Илариона очень веселила мысль, что Соловки есть школа добродетелей – нестяжания, кротости, смирения, воздержания, терпения, трудолюбия. Обокрали прибывшую партию духовенства, и отцы были сильно огорчены. Я в шутку им сказал, что так их обучают нестяжанию. Владыка был в восторге. У меня два раза подряд украли сапоги, и я разгуливал по лагерю в рваных галошах, чем приводил его в подлинное веселие, которое и в нас вселяло благодушие».

Но нужно заметить, что не все аскетически настроенные монахи понимали такой дух. Некоторым всё казалось, что спасаются только в монастыре, и они подчас сильно огорчались лишениями. Сам же владыка просто отдавал всё, что имел, что у него просили. Своими вещами он не интересовался. Поэтому кто-то из милосердия должен был все-таки следить за его чемоданом. И такой послушник находился у него и в Соловках. Этого человека можно оскорбить, но он на это никогда не ответит и даже, может быть, и не заметит сделанной попытки. Он всегда весел и если даже озабочен и обеспокоен, то быстро попытается прикрыть это всё той же веселостью. Он на всё смотрит духовными очами и всё служит ему на пользу духа.

Он доступен всем, он такой же, как и все, с ним легко всем быть, встречаться и разговаривать. Самая обыкновенная, простая, несвятая внешность – вот что был сам владыка. Но за этой заурядной формой веселости и светскости можно было постепенно усмотреть детскую чистоту, великую духовную опытность, доброту и милосердие, это сладостное безразличие к материальным благам, истинную веру, подлинное благочестие, высокое нравственное совершенство, не говоря уже об умственном, сопряженном с силой и ясностью убеждения. Этот вид обыкновенной греховности, юродство, личина светскости скрывали от людей внутреннее делание и спасали его самого от лицемерия и тщеславия. Он был заклятый враг лицемерия и всякого «вида благочестия», совершенно сознательный и прямой. В «артели Троицкого» (так называлась рабочая группа архиепископа Илариона) духовенство прошло в Соловках хорошее воспитание. Все поняли, что называть себя грешным или только вести долгие благочестивые разговоры, показывать строгость своего быта не стоит. А тем более думать о себе больше, чем ты есть на самом деле.

Из книги: Горбачев Андрей. Жизнь и труды священномученика Илариона.
Изд-во Сретенского монастыря, 2016
.

Андрей Горбачев 27 декабря 2020
Размер пожертвования: рублей Пожертвовать
Комментарии
Написать комментарий

Здесь вы можете оставить к данной статье свой комментарий, не превышающий 700 символов. Все поля обязательны к заполнению.

Введите текст с картинки:

CAPTCHA
Отправить