От смерти к Жизни

Беседа с епископом Хушским Игнатием (Трифом). Часть 2

О том, можно ли убежать от смерти в круговерти «красивой жизни» и какая жизнь красива, почему мы боимся смерти и как преодолеть этот страх, что значит для нас Воскресение Христа и как сполна прочувствовать радость Воскресения, – в продолжении беседы с епископом Хушским Игнатием (Трифу).

Часть 1.

1. Спас. Икона преподобного Андрея Рублева.jpg
Спас. Икона преподобного Андрея Рублева

Что значит «жить красиво»

– Мы часто встречаем людей, которые развлекаются, сколько могут, и избегают любых упоминаний о смерти, но, тем не менее, крайне печальны и удручены за исключением тех минут, когда развлекаются, и часто даже доходят до отчаяния. Как это объяснить?

– Нам следовало бы сосредоточиться на определенной стратегии в том, что касается этой позиции молодежи, пытающейся «увильнуть» от встречи с крупными проблемами в своей жизни, с экзистенциальными проблемами, с проблемами, подталкивающими их к восхождению, духовному возрастанию. Более того, я имею в виду, что нам (и, говоря «мы», я подразумеваю Церковь или мы, проводящие сознательную жизнь во Христе) следовало бы сосредоточиться на том, чтобы предложить альтернативы в виду этого уклонения молодых людей от насущных проблем жизни: чтобы они готовились к семейной жизни, готовились в том числе и к смерти, хотя это звучит весьма мрачно – говорить юному человеку о смерти.

Очень трудно убедить молодого человека, ничего не читающего и захваченного водоворотом виртуальной жизни, жизни в социальных сетях, очень трудно его убедить почитать какую-нибудь книгу, потому что у него не было такого опыта, он не знает вкуса прочитанной книги. У него не было шанса, чтобы кто-нибудь открыл ему, пробил маленькую брешь в его сознании и сказал ему, что существует колоссальная разница между тем, чтобы губить время в социальных сетях, и тем, чтобы склониться над книгой.

Думаю, наша самая трудная миссия – это пробить брешь в его способе проживания собственной жизни и отношения к своему существованию, найти щель, в которую удалось бы впихнуть этот вкус, этот смак, эту силу, чтобы он сказал: «Да, то, что ты мне предлагаешь, гораздо лучше, гораздо истинней, гораздо глубже, и я чувствую, что это задает мне определенную траекторию, которая может привести меня к великолепной конечной цели моей жизни».

Так что я не думаю, что это хорошо – переносить акцент на то, что они бегут от сущностных проблем в жизни, его надо ставить на неспособности нас, любящих Христа, открыть им перспективу, в которой они почувствовали бы: «Да, здесь истина, здесь глубина!»

– Как нам следовало бы готовиться к смерти?

Чтобы приготовиться к смерти, следовало бы лучше понять жизнь, а истинной жизнью является жизнь во Христе
– Чтобы приготовиться к смерти, думаю, в первую очередь следовало бы лучше понять жизнь, а истинной жизнью является жизнь во Христе. Жизнь, проживаемая красиво. И здесь я имею в виду не столько этический компонент, когда ты можешь жить красиво, не беспокоя того, кто рядом с тобой: ты весьма вежлив, благоприличен, никак не напрягаешь его каким-нибудь словом или неуместным взглядом. Жить красиво – значит жить красотой Бога, которую мы можем открыть в Евангелии, которой можем приобщиться через церковные богослужения и которую, превыше всего, открываем через Причастие, через приобщение Тела и Крови Спасителя Иисуса Христа.

Это, на самом деле, и есть то, что проповедует Православие. Православие проповедует эту нашу силу вкушать еще в этой жизни всего, чего мы сполна приобщимся после смерти: нетварного Света, общения со Христом, лицезрения Христа.

«Человек создан для жизни, а не для смерти»

– Ваше Преосвященство, вам встречались люди, которых не пугает мысль о смерти?

– Думаю, нет сомнений, что куда больше людей, боящихся смерти, чем тех, у кого совершенно безоблачное отношение к этому вызывающему трепет моменту в жизни каждого человека. Я видел только одного человека с особым опытом – человека, болевшего раком в терминальной стадии, который каждый раз, когда я шел его причастить (а я его причащал около двух лет), говорил мне только одно:

Он говорил: «Благодарю Бога, что подал мне эту благодать – знать свои грехи. Я не боюсь смерти!»
– Отче, благодарю Бога, что подал мне эту благодать – знать свои грехи. Я не боюсь смерти!

Мне казалось почти естественным, чтобы он говорил: «Мне тяжело, я не хочу сталкиваться с этим моментом смерти! Мне хочется его отложить, упросить Бога, чтобы Он продлил мне жизнь!» Но он ни разу этого не сказал.

Конечно, из деликатности я не стал допытываться, что может стоять за этим его необычным отношением. Я решил, что подобает соблюсти определенную деликатность, сохранить некую таинственность этого столь красивого отношения к смерти.

Может быть и другой взгляд на страх, который мы испытываем перед лицом смерти: думаю, этот страх оправдан, и не думаю, что его надо так сильно клеймить, в том смысле, что на самом деле за страхом смерти скрывается Божественная реальность, а именно то, что мы созданы были для жизни, и в очень трудные моменты в нас усиливается та жажда жизни, которую Бог вложил в нас.

Понять это мне помогает то, что люди, когда находятся в безвыходных жизненных ситуациях, когда стоят на пороге смерти, приносят самое дивное свидетельство о том, что Бог создал нас для жизни, а смерть – это самозванка, это реальность, не входящая в замысел Бога, реальность, которую мы навлекли на себя вследствие греха. И думаю, в такие безысходные минуты человек приносит чрезвычайное свидетельство о замысле, бывшем у Бога о нем, а именно, что он создан был лишь для жизни, а никак не для смерти.

Мы можем превратить смерть в своего друга, если Христос, Который есть Жизнь, Бого-Человек, станет нашим Другом, станет неотъемлемой частью нашей жизни. Только так мы можем изменить свое отношение к смерти.

2. Воскресение Христово. Фрески собора Хора.png
Воскресение Христово. Фрески собора Хора

«Я становлюсь пространством, в которое вселяется Бог как Жизнь»

– Пожалуйста, дайте нам несколько советов о том, как проводить эти великие праздничные дни Воскресения.

– Чтобы передать вам и вообще иметь верное представление о том, что подразумевает этот праздник, я бы обратился к сюжету Воскресения Спаса нашего Иисуса Христа с фрески константинопольского собора Хора. Это один из часто встречающихся в православной иконографии сюжетов.

Христос стоит там над адом в развевающихся ризах – конечно же, отсылая нас к динамизму того, что значит Воскресение, – с руками, протянутыми к Адаму и Еве, и вырывает их из царства тьмы и смерти. Это держание за руки как Адама, так и Евы, изображено весьма красноречиво, а именно: Христос хватает Адама и Еву за запястья. Он не держит их ни за пальцы, ни, собственно, за ладони, как, может, мы пытались бы помочь кому-нибудь выбраться из пропасти, из трясины: ты хватаешь его за руку, чтобы можно было вырвать его оттуда.

Воскресением Христос передает нам пульс духовный, которого мы лишились из-за греха
Христос не так действует в этом иконографическом сюжете: Он хватает Адама за то место, где щупают пульс. И мне подумалось, что Воскресение по преимуществу и означает этот дар, который подает нам Бого-Человек Иисус Христос, а именно: Он некоторым образом передает нам пульс, которого мы лишились, пульс духовный, ту вибрацию нашего сердца, которую мы утратили по причине греха. И если нам удается пережить Воскресение как пульс, как вибрацию, как пылкое состояние нашей жизни во Христе, – думаю, мы поняли очень многое.

Есть и еще кое-что. Я позаимствую на этот раз евангельскую сцену. Жены-мироносицы шли ко гробу, занятые мыслью: кто отвалит им камень от двери гроба (см.: Мк. 16: 3). Они не думали ни о том, как набальзамировать Христа, ни о том, что у них будет возможность еще раз увидеть Христа, завернутого в плащаницу; нет, они были озабочены тем, кто сдвинет для них камень от двери гроба. И, подойдя ко гробу, к своему великому изумлению, обнаруживают, что камень отвален от двери гроба.

Исходя из этого, я понимаю Воскресение и как Христа, отваливающего камень от двери гроба моей души, чтобы водвориться в ней и нести мне Свет. Таким образом, Его Воскресением совершается переливание нам Жизни.

В нынешней речи есть такое выражение: «Как камень с души свалился!» – когда ты принимаешь какое-нибудь решение, находясь на распутье, в ситуации сильной житейской неопределенности. Если мы сподобимся воскреснуть, то воистину сможем сказать, что у нас снят с души этот камень греха, камень, заслонявший нам Свет Божий, благодать Божию. И я вместо могилы превратился в пространство, куда вселяется Бог как Жизнь, как Свет, как радость, как смирение.

– Что вы пожелали бы нашей православной семье?

– Христос Воскресший да станет для каждой семьи фундаментальным ориентиром в жизни сей в том смысле, чтобы ты и когда кормишь младенца грудью, и когда, отец ты или мать, ведешь ребенка в церковь, и когда утешаешься в семье праздничными минутами, чтобы всё это несло в себе благоухание Христа Воскресшего, Который прежде всего есть Свет. Это я и желаю каждой православной семье: чтобы она стала светом!

 

Вопросы епископу Игнатию (Трифу)
задавала Михаела Ралука Тэнэсяну
Перевела с румынского Зинаида Пейкова
Familia Ortodoxa (Православная семья)

Размер пожертвования: рублей Пожертвовать
Комментарии
Написать комментарий

Здесь вы можете оставить к данной статье свой комментарий, не превышающий 700 символов. Все поля обязательны к заполенению.

Введите текст с картинки:

CAPTCHA
Отправить