Потерянные грехи и другие рассказы
Интересные, добрые, поучительные, а порой и смешные истории об обычных людях, которые идут по жизни с Богом.
Молитва от родительского гнева
Жила-была на свете одна маленькая девочка Маришка. Лет восьми. Обыкновенная, как и все. Училась в общеобразовательной школе. Любила мамину стряпню, носиться на улице, кататься на коньках, на снежных горках, играть летом в знаменитые «вышибалы». Круглый год, в любой сезон, ее невозможно было загнать домой. Портфель летел в один угол, школьная форма – в другой, и только Маришку и видели. А в первом классе снежные горки покорялись сразу после уроков. Домой возвращалась ученица вся в снегу, в ледяных мелких сосульках, портфель, служивший средством передвижения, выглядел не лучше.
– Домовой тебя не любит, гулена, – говаривала часто мать, ворча на непослушную дочь. – Уроки сделала?
– Сделала, – парировала дочь.
– Когда?
– На переменках.
Проверять не проверяли, вроде доверяли, но училась она сносно. На четверочку.
Как-то сидели они на кухне вдвоем, вернее, дочурка обедала, а мама заводила тесто. А пока руки работали, мать рассказала дочери занимательную историю своего детства. О трудностях послевоенного времени, после которого ее поколение спустя десятки лет начали называть «дети войны». О том, как носили порой одну обувь, а больше ходили босиком, что по жаре, что по морозу. Об очень строгой бабушке нашей героини, маминой маме. О жизни впроголодь. Спасали козы, которых мама в детстве пасла за окраиной. На их молоке и выживали. Но суть истории была не в описании тягот времени, а в том, что маму как-то научили интересной молитве: «Господи, благослови царя Давида и всю кротость его». Кто такой Давид и почему царю молиться надо, девочка не понимала, но знала твердо: эта молитва спасает от гнева родителей.
И вот как-то, забыв про раскаленный самовар, она, убежав за козами, попросту его сожгла. В то время это было настоящей катастрофой.
– Валька, а ну домой! – кричали ей братья. – Будет тебе нагоняй, самовар сожгла!
У маленькой девочки ухнуло всё внутри. Трясясь от страха, она плелась домой, твердя без остановки эту странную молитву: «Господи, благослови царя Давида и всю кротость его»! Провинившееся дитя переступило порог, а в ответ – тихое молчание. На столе стоял сгоревший самовар, мать хлопотала по дому, и – тишина.
– Так я и осталась без наказания благодаря этой молитве.
– Странно, – подумала Маришка в этот момент, – меня что, сама мама учит молитве против ее же собственного гнева? А заодно и папиного?
Так я и осталась без наказания благодаря этой молитве
Отчим у нее был замечательный, но, наказывая ее за проделки, ставил в угол и приговаривал: «Скажи спасибо, что не на горох, как ставили в детстве нас». А когда приходилось пороть ремнем, приговаривал: «Скажи спасибо, что не пряжкой». Пряжка была мощная, какие бывают у широких солдатских ремней. На что вздыхающая виновница в непослушании, потирая различные места после наказания, размышляла: «Интересное дело, меня наказывают, и при этом я еще должна за что-то благодарить»!
В общем, наша героиня включилась в нужную тему моментально, понимая свою выгоду, – избежать наказаний, твердила молитву каждый Божий день, когда стояла перед дверями квартиры, вернувшись с улицы. А всыпать было за что. Поводов для родительского гнева было предостаточно: отметки, неуд по поведению, младшая сестра, которую Маришка часто забывала вовремя забрать из детского сада, плохо помытые полы.
И вот как-то раз Маришка решила провести проверку: правда ли молитва имеет такую мощную силу против родительского гнева? Стоя перед дверями, она перебрала все поводы…. «Все в ажуре, – подумалось ей, – не за что наказывать. Дай-ка не прочту!»
И не успела девочка дверь открыть и вытащить ключ, как из дальней комнаты прозвучал гневный голос матери: «Маринка!!! А ну иди сюда. Живо!»
Коленки затряслись, но было уже поздно.
Через пару лет Маринка еще раз решила молитву не читать… Третий раз она уже не рискнула.
Мариша была некрещеной. И только придя в храм, прочитав Псалтирь, она узнала, кто же такой великий царь Давид. Родители не были верующими, и крестилась она уже взрослой, на сносях, под сердцем ее почивал сынок. И эта строчка из 131-го псалма еще не раз спасала ее.
Спустя много лет Марина вспомнила:
– Мам, а помнишь, ты дала мне замечательную молитву, которая выручала меня не только от вашего родительского гнева, но и позже буквально спасла меня от двух попыток изнасилования? «Господи, благослови царя Давида и всю кротость его».
– Ты что-то путаешь, – бросила через плечо мать.
– Ну здравствуйте. Такое не сочинишь.
И она подробно поведала историю из своего детства.
– Сгоревший самовар был, никаких молитв не помню. И вообще мне она не знакома, меси тесто и не морочь мне голову.
Вразумление свыше
Шло время, Марина начала работать при храме, продавала церковную утварь и православную литературу. С огромной жаждой окунулась она в церковные книги, открывая для себя новый мир. Святые отцы Оптиной, Нилус с его детским восприятием окружающего мира и глубокой верой в Бога – его рукописи не издавались без благословения отцов Оптиной. Первые брошюры святителя Игнатия «О прелести», давшие на многие годы хотя бы понимание, как должны вести себя люди, переступая порог храма. Митрополит Антоний Сурожский, поражавший народ своим словом, а ведь он никогда не писал проповеди заранее. «...Не заботьтесь наперед, что вам говорить, и не обдумывайте; но что дано будет вам в тот час, то и говорите, ибо не вы будете говорить, но Дух Святый» (Мк. 13: 11), и каждое слово его было бесценно. Святитель Николай Сербский, чье назидание было духовной поэзией, наполненное красотой и духовными смыслами. Богато православие духовным наследием святых отцов, и сокровище это бесценно. В то время уже появились письма архимандрита Иоанна (Крестьянкина), и его назидания были бальзамом любой грешной душе, обратившейся к Богу. Батюшка считал духовную литературу инструментом духовного роста и подчеркивал важность чтения святоотеческой литературы и Нового Завета, а также рекомендовал обращаться к разъяснениям святых отцов для понимания непонятных мест.
В одном из своих наставлений отец Иоанн писал: «В свободное время читайте писания отцов и учителей духовной жизни». По мнению старца, духовная литература может служить источником мудрости и руководством в духовной жизни.
И как-то раз, читая очередную книгу про преподобного Амвросия Оптинского, Марина наткнулась на рассказ одной из паломниц. Та, сидя в келейке святого на стульчике, тихо пересказывала ему все свои прегрешения за последний год. И тут преподобный Амвросий задал вопрос:
– А ты помнишь свой грех в восьмилетнем возрасте, который так и не исповедовала?
– Нет, батюшка, – ответила паломница, наморщив свой лоб, пытаясь что-либо вспомнить из детства.
И он поведал ей о нем, прозорливо всматриваясь в прошлое. Женщина с трудом вспомнила о том грехе, также вспомнила, что постеснялась тогда признаться своему местному батюшке, стыдясь за содеянное.
– Ну вот, – продолжил старец Амвросий, – а именно этот грех и приковал бы тебя к аду, не покайся ты в нем.
Прочитав этот эпизод, Марина застыла в онемении:
– Как? Вычищая свою душу, боясь забыть что-либо, все равно мы на краю пропасти своей памяти? А если я что-то забыла вот так же, как эта бедная женщина? Хорошо, ей повезло со святостью и прозорливостью преподобного Амвросия, а что делать нам, простым грешникам? И всё, значит, было напрасно? Все мои еженедельные исповеди зря? Как так может быть? Чтоб все перечеркнулось вдруг из-за какого-то одного греха?
Испытывал ли кто-нибудь из нас чувство оцепенения, окаменения, как попавшие во власть демона страха? Наверное, не каждому такое попускал Господь. Но героиню накрыло такой волной, нет, скорей всего – цунами страха, что ощущение парализованности не оставило ее до самого сна. На автомате она закрыла киоск сразу же после сделанного для себя «открытия». На автомате добралась домой, позвонила матери и сообщила:
– Мама, прошу сегодня за меня помолиться особенно сильно. Я сама молиться не в состоянии.
Она упала в кровать, и последняя ее мысль была:
– Святитель Николай, ты как самый великий святой помоги мне. Одна на тебя надежда и на твое предстательство. Уж тебя-то Господь услышит.
И на этом провалилась в сон.
На утро, еще не проснувшись окончательно и не открыв глаза, она вдруг услышала резкий мужской голос:
– Как ты могла? Как ты могла еще сомневаться в милосердии Божием, когда Он тебя, некрещеную, провел через все детство и юность, и ты спасалась от всех бед и проблем одной лишь строчкой псалма и обращением к царю Давиду? Неужели ты думаешь, что Он не открыл бы тебе, как этой бедной женщине, забытый когда-то грех?
Она окончательно проснулась, еще толком не соображая, кто ее так отчитал, вскочила и бросилась к иконному уголку прямо в ночной рубашке. Через пять минут она уже рыдала от благодарности святителю Николаю, вспомнив, кого просила о помощи, и, конечно, благодарила Бога, умоляя простить ее за неверие.
Вся комната, да что комната, ее душа были полна солнечным светом радости и благодарности.
17 мая 2026
Размер пожертвования:
рублей
Пожертвовать
Здесь вы можете оставить к данной статье свой комментарий, не превышающий 700 символов. Все поля обязательны к заполнению.