Потерянные грехи и другие рассказы
Интересные, добрые, поучительные, а порой и смешные истории об обычных людях, которые идут по жизни с Богом.
Сочетание учености и святости
10 ноября Церковь вспоминает святителя Димитрия, митрополита Ростовского. О значении выдающегося труда святителя, его влиянии на духовную жизнь России и вкладе в знакомство русских людей со святыми рассказал декан Богословского факультета ПСТГУ протоиерей Павел Хондзинский.
– Отец Павел, являются ли «Жития святых», или «Че́тьи-Мине́и», Димитрия Ростовского уникальным явлением в истории русской культуры?
– Работа над сборником житий заняла у святителя Димитрия около двадцати лет. Он начал ее еще простым иеромонахом в Киеве в 1684 году и завершил, будучи митрополитом в Ростове в 1705-м. Этот продолжительный труд требовал не только литературного мастерства, но и глубокого духовного погружения, систематизации и критического анализа многочисленных источников. Труд, конечно, громадный, это подвиг, вне всяких сомнений. И литературный тоже.
– Всего 664 жития, из них 24 жития ветхозаветных святых, 571 – общеправославных, 65 – русских и 4 – южнославянских. Огромный объем! Есть мнение, что «Четьи-Минеи» Димитрия Ростовского стали самым читаемым произведением, наиболее популярной после Евангелия книгой в России.
– У меня нет под рукой статистики, не берусь это так твердо утверждать, но они, безусловно, имели большое значение и сыграли самую серьезную роль в формировании народного благочестия в последующую эпоху. И за это мы, конечно, должны быть благодарны святителю Димитрию.
– Почему возникла необходимость составления подобного сборника именно в конце XVII века?
– На тот момент в Русской Церкви имелись так называемые «Великие Четьи-Минеи» XVI века святителя Макария, митрополита Московского. Это была попытка собрать, расположив тексты по дням богослужебного года, всю христианскую литературу, имевшую хождение в Московской Руси. Там были не только жития святых, но и, например, тексты, самими этими святыми написанные, и многое другое. «Великие Четьи-Минеи» существовали всего в нескольких рукописных экземплярах, они не были отпечатаны и до сих пор, к сожалению, не напечатаны полностью.
«Жития» же Димитрия Ростовского написаны в другую эпоху и ставили перед собой другую цель. Они стоят на перекрестке богослужебного текста и текста для частного чтения. Почему богослужебного? Потому что существовала система так называемых уставных чтений, из нашей сегодняшней богослужебной жизни практически выпавших. Конечно, остались чтения евангельские, апостольские, паремии или ветхозаветные чтения Великим постом, но мы больше не читаем каждый день на службе жития святых. За исключением жития преподобной Марии Египетской – раз в год. Мы не читаем слов святых отцов ежедневно на богослужении, а в принципе это уставом предусмотрено, каждый день должен быть прочитан какой-то текст святого отца, положены чтения из «Пролога» – сборника нравоучительных историй (чаще всего, но не обязательно, из монашеской жизни). Вот это все из нашей традиции выпало. А во времена святителя Димитрия потребность в этой составляющей богослужения еще была жива. В то же время книги уже могли читаться и келейно, все-таки это не рукописные, а печатные книги.
Таким образом, труд Димитрия Ростовского служил связующим звеном между богослужебной жизнью Церкви и повседневной мирской жизнью, которая к тому времени уже, понятно, потихоньку от богослужебной отделялась и обособлялась... «Четьи-Минеи» святителя Димитрия стремятся воссоединить жизнь частную и жизнь церковную, богослужебную, и в этом их ценность тоже.
Есть и другой важный момент. Так случилось, что святитель Димитрий для написания своих «Житий» запросил экземпляр «Великих Четьих-Миней» из Московского кремлевского Успенского собора, чтобы ориентироваться на них. Но этот экземпляр достаточно долго путешествовал от Москвы до Киева, где святитель Димитрий начинал свою работу. За это время он обнаружил – трудно сказать, случайно или нет – и другие источники. В частности, так называемые «Acta Sanctorum» отцов болландистов. Была такая католическая конгрегация, которая занималась поиском и изданием древних мученических актов. Именно благодаря им его «Минеи» обогатились житиями многих древних святых, которые в русский обиход либо когда-то не вошли, либо с течением времени выпали. В основном речь шла о святых Вселенской Церкви, древних мучениках. А для святителя Димитрия это имело принципиальное значение, потому что для него истинная святость – это прежде всего мученичество. Если посмотреть его «Четьи-Минеи», то там большая часть текстов – это мученические жития разного времени.
Святитель Димитрий, митрополит Ростовский
|
– Это сказалось на особенностях сборника?
– Святителю Димитрию принадлежит совершенно замечательная, с моей точки зрения, и глубоко христианская мысль о том, что со-чувствие, со-страдание другому человеку – это тоже в известном смысле мученичество. И он приводит прекрасный в этом отношении пример – житие святой Наталии, которая не была казнена, ничего не потерпела физически, но настолько искренне сострадала своим близким, которые были мучимы за имя Христово, что Церковь ее в конечном счете тоже причислила к мученическому лику. Случай, подтверждающий мысль святителя Димитрия о том, что христианская жизнь – это так или иначе мученичество или страстотерпчество, то есть добровольное принятие того или иного страдания. Как он это объясняет? Он говорит, что нет истинной любви без желания принять мучение за любимого. Поэтому такова и христианская любовь: если Христос пострадал за нас, то, соответственно, наш ответ Ему – это наше страдание за Него или ради Него.
Вспомним первых русских святых Бориса и Глеба. Если буквально рассматривать их жизнь и смерть, то они жертвы политического убийства. Их брат Святополк хотел занять киевский престол и конкурентов убрать. Почему же мы их считаем святыми? Кроме конкретных оснований (около их гробниц совершались исцеления, и это доказывало их святость, но еще не раскрывало, в чем состоял их подвиг), в одном из текстов, им посвященных, мы находим объяснение сути происшедшего. В предсмертной молитве святой Борис, обращаясь к Отцу Небесному, говорит: «Благодарю тебя, Отче, что Ты дал мне стать соучастником страданий Сына Твоего». Святые братья отказались от борьбы за киевский престол, не стали проливать христианскую кровь, но в добровольном принятии страданий захотели подражать Христу. И поэтому их смерть стала смертью за Христа, хотя их никто и не принуждал от Него отрекаться. А святитель Димитрий этот принцип распространяет вообще на христианское восприятие жизни. По его мнению, всякое принимаемое нами как посланное от Господа страдание, скорбь, болезнь, несправедливость и есть то самое страстотерпчество, которое в этом случае осмысляется как наша жизнь ради Христа.
Всякое принимаемое нами как посланное от Господа страдание, скорбь, болезнь, несправедливость и есть то самое страстотерпчество
– А почему именно святитель Димитрий занялся этим грандиозным проектом?
– Святитель начал эту работу по благословению архимандрита Киево-Печерской лавры Варлаама (Ясинского). Димитрий Ростовский, в миру Даниил Саввич Туптало, был выпускником Киево-Братской коллегии (впоследствии – Киево-Могилянской академии). В 1668 году он принял монашество, в 70-е годы в Чернигове был рукоположен в иеродиакона, затем – в иеромонаха и в 1684 году поселился в Киево-Печерском монастыре. Там он и получил послушание «жития святых собирати и, совершенно исправив, списати».
– Известно, с какими сложностями ему пришлось столкнуться? Наверное, главное – с недостаточностью источников информации?
– Важно, что святитель старался с источниками работать критически. Он выбирал наиболее авторитетные свидетельства, сравнивал их между собой. Тут он действует как церковный ученый. Однако самый замечательный источник «Четий-Миней» – это его непосредственный диалог со святыми: такое удивительное сочетание учености и святости.
– Вы имеете в виду те фантастические вещи, которые, несмотря на научный подход, присутствуют в книге святителя?
– Я бы не рискнул назвать это фантастикой. Это просто фиксация вполне реального мистического опыта святого Димитрия. У него в дневнике есть запись о явлении ему мученика Ореста, который говорит, что, описывая его страдания, святитель не упомянул некоторые перенесенные им мучения. Иными словами, у святителя Димитрия не возникало никаких сложностей в совмещении мистической жизни и научной работы с текстами. Главным авторитетом для него были тексты Писания, богослужебные тексты. В «Слове на Благовещение», например, использован парафраз известного Благовещенского канона, диалог Архангела Гавриила с Богородицей.
– Отец Павел, можно ли считать труд святителя Димитрия одновременно духовным, историческим и художественным?
– Дело в том, что понятие художественной литературы в том смысле, в котором мы его сейчас употребляем, вряд ли адекватно тому времени. Но конечно, это и духовная, и историческая литература, а главное – церковная литература. Все эти сочетающиеся признаки. И в этом – тоже особенность книги.
– А как Вы оцениваете ее стиль?
– Очень яркий. Живой, одухотворенный и на самом деле сложный язык, потому что это русский язык конца XVII века, со всеми славянизмами, которые там присутствуют, плюс малороссийский, плюс отдельные польские слова и выражения. Вот такая смесь, на первый взгляд, мало органичная, но опять-таки, благодаря таланту святителя Димитрия, все это как-то переплавилось у него в нечто единое, яркое, своеобразное и выразительное, гармонично сочетающееся с тем, что он хочет сказать.
К сожалению, в реальности мы очень плохо знаем «Жития». Не только потому, что они рассчитаны в идеале на каждодневное чтение. Я сейчас даже не про это, а про то, что до нас святитель дошел в обработках, сделанных в конце XIX века. Тогда его решили подтянуть под нормы современного русского языка. Подтянули, но от него мало что осталось. То, что мы читаем, это даже не перевод, а переработка, сделанная студентами, учениками известного историка Василия Осиповича Ключевского. Эта обработка напоминает известную издательскую шутку: «Что такое столб? Столб – это хорошо отредактированное дерево». Вот примерно так это и выглядит. Мы не можем составить адекватного мнения о стиле Димитрия Ростовского по этим «переводам».
|
Лучше, если есть возможность, а сейчас, спасибо Интернету, такая возможность есть, читать его в издании хотя бы 40-х годов XIX века. Оно еще сохраняет особенности его языка, его замечательного стиля, очень яркого и своеобразного.
– Расскажите о том, как печаталась книга.
– Известно, что к ней, так сказать, были претензии. Первый том «Миней» по настоянию Патриарха Иоакима в какой-то момент изъяли из обращения, он до читателя не дошел, потому что там были помещены жития блаженного Иеронима и блаженного Августина – западных святых, и это святителю вменили в вину как латинизм. Он не стал спорить и их изъял.
Еще к нему были претензии из-за его отношения к Рождеству Богородицы, действительно близкого к латинской точке зрения о непорочном зачатии Богородицы. Но здесь надо учитывать народное почитание Богородицы на юго-западе Руси – и католическое, и православное очень близки друг к другу. Было трудно их в этом смысле однозначно разграничить. С точки зрения католической, Богородица в момент зачатия была очищена не только от всех возможных будущих грехов, но и от последствий первородного греха тоже. Православное Предание более почитает тайну этого события и говорит только о Ее освящении Святым Духом в момент Благовещения. Святитель Димитрий тоже не стал спорить, он этот текст убрал, но в своих черновых записях делал выписки из святых отцов, желая в этом вопросе разобраться прежде всего для себя. К сожалению, он не довел свою работу до какого-то законченного сочинения.
– Что можно сказать об актуальности его труда на сегодня?
– Святые на то и святые, что они пишут для своего времени и на языке своего времени, но если их тексты входят в Предание Церкви, то они оказываются нужными и всем последующим поколениям тоже. Поэтому, конечно, «Жития» и вообще сочинения святителя Димитрия для нас актуальны прежде всего тем, о чем уже говорилось выше: признанием принципа страстотерпчества универсальным принципом христианской жизни. Всем нам усвоить это, мне кажется, было бы полезно.
– А как Вы посоветуете читать книгу Димитрия Ростовского? Том за томом, подряд или выборочно?
– Зависит от возможностей, времени и так далее. Главное – читать. Можно в оцифрованном виде, есть оригинальные «Четьи-Минеи» не в очень хорошем качестве, но их в Интернете можно найти в полном объеме.
– Расскажите о деятельности святителя Димитрия как пастыря и архиерея. Известны ли какие-то подробности о его аскетизме, нестяжании, милосердии?
– Он был бессребреником, после его кончины нашли всего 39 рублей. Старался свой излюбленный принцип – христианского страстотерпчества – в собственной жизни всячески проводить. Хотя, к сожалению, реально мало что мог изменить в жизни своей безответной и страдающей паствы. Но не зря мы вспоминали мученицу Наталию: подобно этой святой, он старался сострадать своему народу.
Известно, что в Ростове у него были непростые отношения с местным воеводой. Есть рассказ о том, что дочки этого воеводы во время службы все время разговаривали в голос и смеялись. Заканчивая Литургию, святитель однажды возглас «благословение Господне на вас...» произнес следующим образом: «Благословение Господне на вас, кроме разговаривающих и смеющихся».
Святитель однажды возглас «благословение Господне на вас...» произнес следующим образом: «Благословение Господне на вас, кроме разговаривающих и смеющихся»
Воевода в долгу не остался и решил отомстить возможным для него образом. Когда в очередной раз святитель служил Литургию, воевода велел под окнами собора на площади устроить «правёж» («правёж» – в древнерусском быту выбивание податей из тех, кто не может заплатить их, с помощью кнута.) Понятно, это сопровождалось такими криками, что Литургию служить было невозможно. Святитель попросил прекратить истязание, но его, конечно, никто не послушал, и тогда он просто уехал из собора, не окончив Литургию. У него был под Ростовом маленький домик, и там он предавался аскетическим подвигам. Например, подражая в этом Феодосию Киево-Печерскому, специально отдавал себя на съедение комарам…
Отдельной заботой митрополита были раскольники, и полемике с ними посвящен его последний большой труд «Розыск о раскольнической брынской вере». Важно, что он здесь показывает принципиально другой подход к полемике, чем тот, что был до него. Он доказывает, что в христианстве есть то, что не меняется с течением времени, а есть то, что может меняться. И надо эти вещи различать и не путать одно с другим. Неизменно прежде всего содержание нашей веры. А что касается изменений в обрядах – они возможны, они всегда происходили и будут происходить. Вот, пожалуй, главный посыл этой работы, сегодня мы назвали бы его принципом историзма.
– А что известно о его отношениях с Петром Первым?
– С одной стороны, царь к нему относился с уважением. Попав в Москву в начале XVIII века, святитель был явно на стороне Петра. Собственно, как и другие архиереи, приехавшие из Малороссии, вызванные в Москву Петром. Чего греха таить, они «дружили», в том числе и против общего врага: и Петр (по своим причинам), и они (по своим причинам) не любили Москву.
С другой стороны, когда свой «протест» против уставного средневекового благочестия Петр довел до явного фрондерства по отношению к религии, к православию, святитель, конечно, царя не поддержал и вел себя в этом смысле достаточно независимо. Почему? Думаю, потому, что вообще-то он был, как минимум, к мученичеству готов, если не стремился к нему прямо. Например, в Москве, в присутствии особ царского дома, он произносит слово об Иродовом пире, соотнося евангельскую историю с современной жизнью и прямо критикуя известный указ Петра об отмене поста в войсках. Известно, что в последние годы святитель Димитрий сближался с кругом царевича Алексея – сына Петра, которого впоследствии царь, как известно, казнил. Митрополит умер раньше, чем дело царевича Алексея дошло до суда, а то неизвестно, чем бы оно для него обернулось. Вполне возможно, что и мученичеством.
– Отец Павел, как Вы считаете, какие сведения о мировоззрении святителя читатель может почерпнуть из его трудов?
– Главное – то, что он истинный христианин.
Беседовала Наталья Крушевская
9 ноября 2025
Размер пожертвования:
рублей
Пожертвовать
Здесь вы можете оставить к данной статье свой комментарий, не превышающий 700 символов. Все поля обязательны к заполнению.