Главная > Журнал > Бог и человек > Отец Илий (Ноздрин): «Чтобы всем было добро»

Отец Илий (Ноздрин): «Чтобы всем было добро»

Владимир Шпатаков

Распечатать

Бывало у вас так, что книга приходит к вам потихоньку, с разных сторон и по частям? Несколько интересных историй из недавно прочитанной книги о чудесной помощи Божией людям мне рассказала подруга, потом в соцсетях я увидела отзыв Бориса Корчевникова на книгу с почти детским названием «Саша, Маша и Даша-растеряша», а на следующий день обнаружила ее на прилавке любимого магазина. Открыла – и очнулась уже на 82-й странице. Спасибо, продавцы в нашем магазинчике внимательные, чуткие и деликатные... Тогда книгу я не купила, но пообещала себе обязательно за ней вернуться. А через пару дней редактор попросила побеседовать с Владимиром Шпатаковым, который эту чудесную жизнеутверждающую книгу написал…

Так у меня появился собственный экземпляр книги «Саша, Маша и Даша-растеряша», подписанный автором. В ней среди рассказов я нашла те самые истории о прозорливом старце Илии (Ноздрине), о помощи святителя Луки Крымского и преподобного Сергия Радонежского, которые мне рассказала подруга. Они дополняют удивительно жизненную и вдохновляющую повесть о том, как люди через преграды идут на огонек Божественного света и обретают истинную радость, счастье, любовь и мир в душе. Герои живые, а книга написана настолько образно, что с первых страниц читатель ощущает себя непосредственным свидетелем истории. Серьезные проблемы и сложные ситуации очень уместно дополняют живописные лирические отступления и легкий юмор.

Владимир Викторович Шпатаков – духовный сын батюшки Илия (Ноздрина), руководитель крупного издательства «Родное слово» (г. Симферополь), меценат, благотворитель, историк и писатель. Этот человек – очередное доказательство того, что Господь дает силы и помощь тем, кто готов следовать Его воле, скромно и упорно ежедневно делать этот мир немного лучше. Владимир Викторович рассказал, как на его жизнь повлиял оптинский старец, как появилась идея написать книгу «Саша, Маша и Даша-растеряша» и как батюшка Илий отреагировал на то, что стал одним из ее героев.

– Владимир, расскажите, пожалуйста, как Вы встретились с отцом Илием.

– В 90-е годы у меня был коммерческий магазин со спортивными товарами и общепит в Ялте. В 1999 году в Крым приехал батюшка Илий из Оптиной пустыни, мы с ним тогда впервые встретились. А еще через год он приехал надолго: пробыл с начала июня до октября, до праздника преподобного Амвросия. И мы с ним все время были вместе: я приезжал в храм к нему, на службу, вместе ездили по святым местам. Помогал ему в быту, покупал продукты – он любил бородинский хлеб, инжир, виноград…

Когда он уезжал, поблагодарил за все и сказал: «Приезжай к нам в Оптину». Во второй приезд в Оптину пустынь, в ноябре 1996 года, я поднялся на второй этаж братского корпуса и зашел к нему. Он обнял меня и говорит: «Как дела, чем ты там занимаешься?» Я ответил, что общепит у меня, спортмагазин, журнал православный распространяю (я тогда в храме Крестовоздвиженском работал при Ливадийском дворце). И он мне сказал, что спорттоваров везде много, а книг в храмах нет вообще, только какие-то молитвословчики, брошюрки. Еще сказал, что надо всю мою деятельность сворачивать и начинать возить книги святых отцов в Крым. Пошел к себе в келию, вынес деньги, завернутые в большой пакет, повелел мне ехать в Сретенский монастырь, закупать книги и везти их в Крым. И еще сказал, что новую «Волгу», которую им недавно подарили, я могу забрать, чтобы развозить на ней книги, хотя у меня была своя машина. Ксерокс подарил цветной. А я тогда очень растерялся...

Я книгами не занимался вообще никогда. Для меня это было абсолютно новое направление. И деньги не взял. Сказал батюшке, что я предприниматель, торгую и куплю на свои деньги. Он настаивал. Я отказался, даже не прикоснулся к этому пакету – пусть эти средства лучше пойдут на монастырь. Отец Илий смутился. Впоследствии один из знакомых священников Крыма мне сказал, что я был дураком, потому что такое богоугодное дело надо было начинать на церковные деньги, а не на свои «спекулянтские».

2 (64).jpg — *Владимир Шпатаков с отцом Илием*

После этого я поехал в Сретенский монастырь. Москва уже тогда была центром православного книгоиздания. Когда попал на Лубянку, в магазин «Сретение», тогда еще архимандрит Тихон (Шевкунов) здесь служил, я был шокирован. Какой был ассортимент книг! Здесь тогда еще Лариса Александровна работала заведующей, она помогла мне подобрать хороший ассортимент. Мы собрали 6–7 больших коробок, и я все это как-то с Божией помощью провез в Крым. Был декабрь 1999 года.

Было решено делать книжный магазин. Начали сдавать спортивные товары, я освободил полки, и 27 марта, на праздник Феодоровской иконы Божией Матери, мы как раз открыли его. Назвали сначала «Православное слово», но после замечания архиерея переименовали в «Родное слово». Так потихоньку я начал заниматься книгами.

– Очень сложно было? Кто-то помогал Вам?

– Да, были, конечно, трудности с провозом через таможню. Я не знал никаких издательств, во всё надо было вникать, города толком не знал, да никого не знал. Я, честно, и сам не понимал, как буду заниматься книжным магазином. Но Господь прислал мне в помощь девушек, которые как раз были в то время без работы. Одна из них, Ксения, закончила физмат МГУ с красным дипломом. Еще была Ника с высшим образованием, ныне покойная, батюшка ее постриг в монахини с именем Матрона. Они обе были очень умные, грамотные, начитанные, воцерковленные. Моей задачей было доставить, снабдить, а их – всё распределить, расставить по полкам и продать. Низкий поклон им за все! И, конечно, низкий поклон батюшке, потому что всегда очень чувствовалась его молитва.

И потихоньку с Божией помощью дело пошло. Я чувствовал, что батюшка молится за нас. Люди хорошие бесплатно дали склад, чтобы я мог собирать книги и потом их переправлять в Крым. К концу лета я приехал к батюшке, он спросил, как у нас идут дела. Я сказал, что все нормально, только тяжело возить. И он тогда сказал, что часть литературы нужно на месте печатать.

К тому моменту меня эта мысль тоже посещала. И мы потихоньку начали верстать, печатать, а позже – покупать права на брендовые книги. Потом, когда я приехал к батюшке Илию в 2012 году, отец Симеон из Сретенского монастыря позвонил и сказал, что мне хотят дать права напечатать книгу «Несвятые святые» на Украине. Отец Тихон выделил мне деньги на первый тираж с условием возврата. И мы начали печатать...

– Судя по тому, что Ваше издательство успешно работает уже 26 лет, дела идут хорошо...

– С Божией помощью, молитвами старца Илия мы очень достойно развивались. Были одним из самых мощных издательств на Украине, конкурировали с издательствами Почаевской и Киево-Печерской лавр. Там в основном печатали Библию, богослужебную литературу. И когда Крым вернулся в состав России, мы продолжили издавать, печатать, работали с издательствами в Москве и Санкт-Петербурге.

– Как сейчас в Крыму обстоят дела с православными издательствами?

– В Крыму сейчас есть «Вольный странник» владыки Тихона (Шевкунова). Епархия что-то издает. Еще есть издательство «Нижняя Ореанда», его возглавляет епископ Ялтинский владыка Нестор. Он сам пишет и издает много трудов по новомученикам. Я ему очень благодарен – он много полезного и нужного мне подсказал. Но наше издательство в Крыму самое старое, флагман.

– Понятно, что богослужебные книги рассчитаны на определенную аудиторию. А как сейчас обстоят дела с читателями вообще? Чувствуете отдачу?

– Сейчас, конечно, просела книжная торговля. Но когда батюшка благословил меня заниматься литературой, книги просто разметали. У меня сзади магазина были две небольшие квартиры. Я их объединил, и мы сделали там библиотеку. В день в эту библиотеку по 40–50 человек приходили. Был самый настоящий книжный голод, люди много читали, потому что книг реально не было: ни святых отцов, ни художественной литературы – ничего. Это сейчас трудно представить, когда в наличии есть несколько тысяч позиций книг. Они издаются, продаются в магазинах, их все знают. А в то время это был очень мощный прорыв. Нашей задачей еще было создавать библиотеки по приходам, по селам. Когда мы начали торговать, у нас появились деньги, я смог закупать больше литературы.

У меня была и аудиотека: сначала на больших кассетах, потом перешли на диски – Интернета еще не было, и люди только на дисках слушали. Очень много было художественных фильмов и аудиокниг, много записей лекций.

Конечно, чувствовалась тогда вся мощь этой работы – люди благодарили, и Господь благодарил. Мы смогли построить новый трехэтажный магазин в центре Симферополя. В начале двухтысячных я начал строить приют для бездомных. Мы сделали свою художественную мастерскую при магазине – занимались резьбой крестов, икон, нательных крестиков, раньше в ней было 12 мастеров, сейчас остались только двое (это довольно сложная работа, в ней есть свои непростые искушения). Много людей пришло через наш магазин к Богу. Был даже один протестантский священник, который пришел в наш магазин.

– Получается, батюшка Илий нашел для Вас дело жизни...

– Да, он поднял меня, как лежачий камень. Я чувствовал его молитвы. Было много удивительных моментов, связанных с его молитвой.

– А сейчас чувствуете?

– Чувствую. И он мне снится. Раза четыре мне снился. Один раз он приснился очень четко: я с ним общался по поводу одной очень важной книги по дискредитации преступлений большевиков. Это книга профессора Владимира Михайловича Лаврова «Православное осмысление ленинского эксперимента над Россией». Он преподает в Николо-Угрешской духовной семинарии, очень образованный, перечитал 55 томов сочинений Ленина и помнил все, к чему призывал Ленин дословно, в какой главе и на какой странице что было написано, на какой странице он призывал уничтожать, убивать, вешать топить священников, офицеров, казачество, купечество и других лучших людей России. И многие современные коммунисты, имея в своих кабинетах труды Ленина, не знают, к чему призывал их лидер. Батюшка Илий называл Ленина предтечей антихриста, а коммунизм переводил так: «кому вниз», «кому в ад».

Можно сказать, что Россия дала на небо святых за последние сто лет больше, чем весь христианский мир за два тысячелетия. И батюшка всегда говорил, что нет несчастнее народа, к сожалению, который ходит по улицам собственных палачей и убийц. Батюшка очень сетовал и переживал, что мало сегодня в России говорят об истинной, правдивой истории нашего Отечества.

Мы должны помнить слова батюшки Илия о том, что все тройственно. Мы исповедуем Отца, и Сына, и Святаго Духа. Сам человек состоит из духа, души и тела, кирпич – из песка, воды и огня, хлеб – из муки, воды и огня. Так и служение Церкви тройственно и равнозначно – без одного не работают два других. Это молитва, богослужения, проповедь Евангелия для всего человечества и проповедь истории. А что такое история России? Это результат молитвы и евангельской проповеди Церкви. Без Христа не было бы России. Русский народ, благодаря князю Владимиру, уверовал во Спасителя и понес эту веру по всей земле до самого Дальнего Востока. Вера эта является истинным знанием смысла бытия человека на земле. И Россия все века защищала истинную православную веру. Оставляя на полях брани лучших сыновей и дочерей, наш народ смог разбить отборные войска степной Азии Батыя и Мамая вместе с европейскими наемниками, лучшую по тем временам армию Наполеона, смог загнать назад и раздавить в своем логове полчища Гитлера. И сегодня Россия, как говорил батюшка, переварив в себе тяжелейшую трагедию 70-летия коммунизма, потеряв десятки миллионов лучших представителей своего народа, продолжает быть главной духовной силой, которая удерживает мир от наступления вселенского зла.

– Какие книги, на Ваш взгляд, могут спасти человечество?

– Главная книга – это, конечно, Библия, это Евангелие как учение для спасения души человеческой, да и всей цивилизации. Вокруг Евангелия написано много книг святыми отцами, а также христианскими классиками: Достоевским, Лесковым, Шмелевым, Солоухиным, Солженицыным. У каждого человека – свой уровень, свой менталитет и талант, данный от Бога. Для врача – это одна книга, для музыканта – другая, для писателя – третья, для военного – четвертая, и так далее. Не все могут прочитать «Лествицу» преподобного Иоанна Лествичника. Даже не все монахи могут ее осилить. Батюшка Илий очень любил книгу «Старец Силуан» схиархимандрита Софрония (Сахарова), даже мне ее рекомендовал и подарил. Но ее читать нужно вдумчиво, сопереживать. Эта книга людей воцерковленных укрепляет в вере, невоцерковленных разворачивает к Богу, к Христу, к вере. Мне, например, тяжело читать «Лествицу». У кого-то хорошо идет святитель Иоанн Златоуст, кто-то очень любит святителя Игнатия (Брянчанинова), кто-то – святителя Феофана Затворника. Я очень люблю проповеди отца Иоанна (Крестьянкина): они доступные, простые и глубокие. И игумена Никона (Воробьева), особенно его переписку с духовными чадами.

У каждого – своя книга, которая приведет его к Богу

У каждого – своя книга, которая приведет его к Богу. Например, благодаря святителю Луке (Войно-Ясенецкому) очень многие врачи приходят к вере. Однажды мы отдыхали в Алуште с хирургом-трансплантологом высшей категории. Он был неверующим человеком, хотя видел, насколько уникален человеческий организм. И я рассказал ему, что издаю православные книги, что как раз напечатал книгу о Луке Крымском «Врачу благий и милостивый». Рассказал ему о святителе, что он был врачом, отсидел в лагерях, пострадал за веру. Он мог прекрасно жить в те времена при любой власти в полном благоденствии: он был профессором медицины. Но из-за прений с советской властью его загнали на 11 лет в лагеря, в местность с лютыми морозами. Значит, есть что-то сильнее и выше материальных благ? Этот хирург-трансплантолог был тогда закрыт для веры, он не воспринял бы, если бы я ему начал говорить о Боге и Евангелии. Но я подарил ему эту книгу о святителе Луке, где он мог прочесть о его жизни и его проповеди.

Мы разъехались, это был август. Звонит он мне на Николу Зимнего, 19 декабря, я из храма выходил как раз, и он мне говорит: «Владимир! Спаси Вас Господи! Вы знаете, я сегодня в первый раз исповедовался и причастился! Вы знаете, я эту книгу прочитал несколько раз, она меня так тронула, я так полюбил святителя Луку!»

Очень многие учителя приходят к вере через жизнь Достоевского, Гоголя, Пушкина. Я знаю многих педагогов, которые, прочитав труды Гоголя или роман «Братья Карамазовы», стали христианами. Многие военные сегодня приходят к вере через Федора Ушакова или великого князя Александра Невского. Люди заходят в церковь через историю России, полководцев, князей, великих ученых, писателей, композиторов. Потом они начинают читать Евангелие, святых отцов, молиться, готовиться к Причастию, Исповеди. Кому что на душу ляжет, каждому – свое. Бывает, читаешь и понимаешь, что эти вопросы касаются лично тебя – значит, эта книга для твоей жизни очень важная.

– А Ваша книга «Саша, Маша и Даша-растеряша» – она для кого?

– Она для всех. Для людей от 12 и до 100 лет.

– Герои повести очень живые. После прочтения кажется, что это твои соседи или друзья. Эти образы вымышленные?

– Ничего в этом мире вымышленного не бывает. Все взято из жизни, только изменены фамилии, имена. Образы собирательные, это не то, что я где-то посмотрел. Очень хотелось рассказать, как Господь дает силы людям в унынии, в сложных ситуациях. И там очень много сакральных моментов просматривается. Девушку Машу, у которой мама умерла от онкологии, забирает на воспитание сестра матери. Когда Маша подросла, поступила в медицинский институт, где подружилась с парнем, который был старше ее на несколько лет. Тетя посоветовала ей не спешить с выбором спутника жизни, и в книге встреча тети с другом Маши описана очень показательно, читателю становится сразу понятно, что он за человек. Девушка не прислушалась к совету опытной тети. Она родила дочку Дашу, а ее новоиспеченный муж уехал в Москву на заработки и нашел себе там новую, богатую жену. В тяжелом состоянии, в депрессии, потерянная, Маша едет в Оптину пустынь за советом к батюшке Илию, и он отвечает на ее вопрос.

Саша – из порядочной советской семьи: папа – разработчик военного топлива, мама – преподаватель русского языка и литературы, семья постоянно ездит по военным городкам. Он очень интеллектуальный и развитый парень, честный, принципиальный. Но случается так, что он становится инвалидом и оказывается на улице. Чудесным образом его сохраняет молитва Оптинских старцев, которую он в юношестве нашел в одной из книг в библиотеке...

– И еще чудесная находка, которая связала его с Машей... В книге описано очень много таких ярких вспышек и пересечений, которые может в нашей жизни сотворить только Господь.

– Знаете, эту книгу я как-то написал очень быстро – в течение трех дней. Редактор Ольга Румбах помогла мне привести текст в порядок. И мы уже очень много хороших отзывов на нее получили. Мне, конечно, очень хочется, чтобы она действительно была полезна людям, показывала, что нет безвыходных ситуаций, что Бог всех нас любит, только нужно идти к Нему.

– Я думаю, многие, кто прочел книгу, со мной согласятся: еще в ней очень важно присутствие старца Илия...

– Когда книга уже была готова к печати, я решил, что без благословения батюшки печатать книгу о нем нельзя. Приехал к нему и говорю: «Батюшка, я книгу написал, там есть про Вас, кое-что с Вами связано». Он сказал: «Я что, святой? Зачем про меня писать?!» Но я же столько труда вложил! Подумал и сказал ему: «К Вам столько людей приезжает, я это все вижу и слышу: у кого-то онкология, операция, кто-то пьет, у кого-то дочка в аварию попала, люди едут с другими разными проблемами и горем. Например, в письмах игумена Никона (Воробьева) люди находили ответы на вопросы из своей жизни, читали их – и решались проблемы. Ведь многие наши вопросы созвучны, грехи у нас всех одинаковые... А тут люди почитают, и у них будет ответ от тебя». И батюшка Илий задумался и в итоге мне сказал: «Хорошо, печатай, чтобы для всех была польза и всем было добро!»

– Кроме повести, в книгу вошло 28 рассказов о чудесной помощи Божией людям по молитвам к святым. Есть среди них и рассказы о случаях обращения страждущих к отцу Илию, которые действительно могут стать напутствием для каждого из нас. Много в них описано свидетельств прозорливой помощи старца – спасения от смерти, от греха. Это же тоже реальные истории?

– Конечно! Все описанное в этих рассказах действительно происходило. Я уже рассказывал историю эту про одну бабушку – такая козельская старушка прибежала к батюшке: «Батюшка, помолись! У меня картошка взошла, половину огорода поливаю, а половина засыхает, шланг короткий... Помолись, батюшка!» Отец Илий отвечает: «Ну что ты, милая! Пойди в хозмаг, купи недостающий кусок шланга с запасом, переходник к нему – и поливай! Может, у тебя денег нет? Я тебе дам». Старушка руками всплеснула: «Батюшка, мозгов у меня нет, а так все просто!..»

Это смешно, а были вопросы серьезные, конечно. Как-то приехала женщина. Трое детей у нее на руках, живут у какой-то знакомой. Муж повесился, дом сгорел в деревне. У нее последняя стадия опухоли мозга. И она, больная, с опухшим лицом, просит за нее помолиться. Я не слышал, что сказал ей батюшка. Он обнял ее, прижал к себе, дал денег, и она ушла.

А еще как-то стояли в Введенском храме в Оптиной пустыни, много было людей в очереди, батюшка сидел на скамейке сзади, под стеночкой. И тут начались какие-то разборки в очереди, кто пойдет первым, у кого вопрос важнее. Вошел высокий здоровенный мужик и начал стремительно протискиваться к батюшке, а женщины на него ругаются, чтобы без очереди не лез. Я только хотел подойти, но батюшка Илий это увидел, сам встал и позвал его за собой. Подвел к древней иконе святителя Митрофана Воронежского (она была в старом храме) и посадил под ней. Мужчина говорит: «Батюшка, я уже не знаю, что делать, где только не был! Мне сказали, только ты можешь помочь. Нас сглазили, у нас порча, помоги! У жены уже второй курс химиотерапии. Дочка болеет – диагноз поставить не могут. Сын был спортсменом и так стал сильно пить – никогда не пил...» Отец Илий выслушал и спросил, чем он занимается. Мужчина был фермером: «У меня поля с картошкой, пшеницу выращиваю, у меня парники, теплицы – клубника, редиска, капуста...» Батюшка так оживился! Он очень любил, когда человек занимается на земле.

Фото: илий.рф

Говорит: «Это так хорошо, когда человек к земле идет! Какое у Вас хорошее дело!» Он очень любил крестьян и фермеров. Мужчина снова попросил его помолиться и пытался вручить ему деньги (у него с собой был сверток). Отец Илий отказался, сказал, что в монастыре всего достаточно, и мужчина растерялся. А старец помолчал немного и спросил: «Скажите, а ту продукцию, которую вы выращиваете, вы сами кушаете?» Мужчина поник и замолчал. А батюшка сидел и внимательно, по-доброму на него смотрел. Потом мужчина сказал: «Отец Илий, не могу Вас обманывать. Для себя у нас отдельные грядки». И батюшка ответил после небольшой паузы: «Вот видите! Надо выращивать для всех так, чтобы и сами могли покушать... Вот у меня давеча был главврач детской больницы, рассказывал, что у деток появляются новые странные болезни, по которым диагнозы никак не могут поставить, потому что оборудования не хватает (это было начало двухтысячных годов – прим. В. Ш.). Просил помолиться, чтобы можно было современное диагностическое оборудование купить. Ваши деньги, которые привезли, надо этому врачу передать (попросил дать мужчине контакты этого врача – прим. В. Ш.). Возделывать землю – дело богоугодное. Мы за вас помолимся». Благословил его и ушел.

– Этот рассказ есть в книге. И еще несколько интересных случаев там можно прочесть, связанных со старцем, – он всем, кто к нему шел, старался помочь. И всегда знал, как человеку поступить лучше и что от человека скрыто, спасал, как мог.

– Конечно, отец Илий был прозорливым. И я расскажу сейчас, о чем раньше никогда еще не говорил, но уже все произошло. Когда отец Илий приезжал в Крым, у нас там был отец Николай Северин, настоятель Ливадийского Крестовоздвиженского храма, а второй был отец Николай Даненко, настоятель храма Покрова Богородицы. Они дружили, храмы недалеко друг от друга располагались. И отец Илий очень любил этих двух батюшек, всегда, когда приезжал в Крым, молился в этих храмах, а после службы собирались, чай пили, беседовали. И когда я приехал в Оптину в 2001 году, он у меня спрашивает:

– Ну, как там наш Николай Первый? Как там наш Николай Второй?

Говорю ему:

– Все хорошо, батюшка. Служат отцы, нормально все.

– А вот второй, Николай Второй (Доненко – ред.) – он монах?

– Нет, батюшка, он священник. Но он целибат.

– Молодец! Он писатель, много книг по новомученикам пишет. Целибат? Будет епископом!

Сейчас бывший протоиерей Николай Доненко – епископ Ялтинский Нестор.

К батюшке из Грузии часто приезжал епископ Шио (Муджири) на службы в Оптину, очень он любил отца Илия. Когда они встречались, владыка падал на колени, батюшка падал на колени, они друг друга целовали, а после поднимали друг друга. Я запомнил, что он всегда был таким аккуратным, опрятным, высоким, всегда белый подворотничок у него подшит. И когда он уезжал, взял у батюшки благословение, и отец Илий тоже попросил у него благословения, а проводив его, мне сказал: «Будет патриархом». Сейчас в Грузии кто патриарх? Шио! (С 2026 года – ред.)

– Какие советы батюшки Илия стали правилами жизни для Вас? Есть что-то такое, что на всю жизнь запомнилось?

– Он никогда не давал мне советов. Как-то я приехал к нему, он выслушал мои недовольства, обиды и сказал: «Самая главная наша задача – жить в душе с Богом и делать около себя добро». Главное – жить с Богом.

Самая главная наша задача – жить в душе с Богом и делать около себя добро

Он говорил очень много полезных вещей. И еще говорил, что мы должны осудить преступления большевиков, чтобы Россия очистилась от этой заразы. Он очень переживал, сам развозил книги о преступлениях большевиков в поездах по всем епархиям, вплоть до Владивостока. Конечно, там были и молитвословы, и Псалтирь, много хороших книг он жертвовал, но большая часть литературы была о преступлениях коммунистического режима и страданиях новомучеников. Батюшка говорил: «Чтобы Россия выжила, надо на государственном уровне запретить детоубийства (аборты) и осудить жрецов в белых халатах, которые эти аборты делают» Также старец Илий благословлял всех бороться со сквернословием, печатал огромное количество книг «Правда о русском мате» епископа Митрофана (Баданина).

– Владимир, в начале нашего разговора Вы говорили, что организовывали библиотеки при храмах...

– Моя основная задача была поддержать мою городскую библиотеку. Она была практически единственной православной библиотекой такого уровня во всем Крыму. Хотелось, чтобы люди больше читали.

Еще мы работали по лагерям, вели переписку и примерно в 17 лагерях организовали православные библиотеки. В самом Симферополе в нашем лагере в библиотеке было более тысячи книг, сами ребята (зеки – прим. В. Ш.) делали полки, там была и художественная литература, и молитвословы, и книги святых отцов, и Священное Писание. Мы вели с ребятами в лагерях переписку, посылали лекарства, витамины, чай, кофе. И треть посылки была продуктовая, а остальное – книги. Ребята очень много нам писали, благодарили. До сих пор несколько ящиков храню – это такие теплые письма, люди делились своими судьбами, рассказывали, как пришли к вере, как благодарны Богу.

– Насколько я знаю, Вы еще помогаете военным... Батюшка благословил?

– Конечно, помогаем. Но чтобы помогать своей стране, не нужно специальное благословение, я думаю, должен быть голос совести, сопереживание за ребят, которые находятся на СВО.

У меня был показательный случай. Выяснилось, что у ребят за ленточкой нет ни белья, ни средств гигиены – ничего. И я попросил своего знакомого помочь с закупкой – он ехал на оптовый рынок «Садовод» и закупал для себя и для нас необходимые вещи: носки, трусы, футболки. Как-то он покупал у вьетнамских торговцев носки и объяснил им, какие именно нужны, что берет для российских ребят, которые воюют на Украине. Вьетнамцы отгрузили нужный товар и прикатили еще один огромный тюк – около тысячи носков подарили от себя русским солдатам. Говорят, помнят от своих дедов и родителей, как Россия помогала им в 70-е годы бороться с американской военщиной.

Беседовала Ольга Бобовникова

Владимир Шпатаков 4 ноября 2026

Издательство
Сретенского монастыря