Потерянные грехи и другие рассказы
Интересные, добрые, поучительные, а порой и смешные истории об обычных людях, которые идут по жизни с Богом.
Архимандрит Исаакий (Виноградов), рыцарь и монах
12 февраля 1895 года в Санкт-Петербурге родился архимандрит Исаакий (Виноградов), яркий церковный деятель, поэт, участник Белого движения, переживший заключение в Карлаге, духовный сын священноисповедника Николая (Могилевского). Рассмотрим подробнее его жизнь.
Родился будущий архимандрит в благочестивой многодетной семье недалеко от Санкт-Петербурга. Нарекли при Крещении его Иваном в честь пророка Иоанна Предтечи. Его отец был регентом и сельским учителем. Уже став священнослужителем, архимандрит Исаакий так вспоминал о своем детстве: «Так как папа был регентом, а мама пела в хоре, то буквально в пеленках я уже присутствовал на богослужении, часами лежа на хорах и засыпая под звуки церковных песнопений, а иногда и "подпевая" им… Очень рано начал я играть "в батюшку", с трехлетнего возраста всех благословлял. Проявлял большой интерес к богослужению. В церковь нас никогда не водили насильно, но мы сами так любили бывать там, что, если приходилось пропустить службу по нездоровью или по другой причине, это всегда было для нас большим огорчением. Дома молились утром, вечером, перед едой и после нее. Не только мы, дети, но и взрослые принимали участие в молитве. Все по очереди читали молитвы… У нас было сознание, что это дело нужное и важное, а не просто отбывание повинности, налагаемой на одних детей».
Мальчик однажды увидел Спасителя во сне. Об этом он впоследствии вспоминал: «Вижу во сне, что ночью сильно стучат нам в окна. На вопросы: "Кто там? Почему стучите?" – оттуда отвечают: "Вставайте! Выходите встречать Христа!" Все мы выходим на улицу и видим: вместо ночи – чудный ясный день, вместо зимы – лето. На деревьях – листья, на земле вместо снега – молодая зеленая травка. На большом плоском камне, который находился посреди площади перед школой, сидит Христос, Такой, Каким мы привыкли видеть Его на изображениях: в розовом хитоне и синем плаще. Прекрасное доброе лицо, синие лучистые глаза. Народу кругом – множество, вся деревня тут, но стоят вдали и ждут, что Он скажет или сделает. А Он говорит: "Пропустите ко Мне детей". Тогда мы все бежим к Нему. И Он с нами разговаривает, нас ласкает и благословляет».
В 10 лет Иван окончил сельскую школу, и на вопрос, кем он хочет быть, его ответом было: «Батюшкой». На это его отец сказал: «Сынок… Если ты окончишь светскую школу (гимназию или реальное училище) и твое намерение быть батюшкой не изменится, то мы даем тебе слово – не возражать против того, чтобы ты поступил потом в Духовную Академию». Отрок послушался родителя, став воспитанником 1-го Реального училища в Санкт-Петербурге. После окончания училища Иван действительно поступил в Санкт-Петербургскую духовную академию, чтобы стать батюшкой, как и желал.
Когда мне было пять или шесть лет, в нашу церковь к престольному празднику приезжал служить Литургию отец Иоанн Кронштадтский
Небезынтересно вспоминал он позднее о таком событии: «Когда мне было пять или шесть лет, в нашу церковь к престольному празднику по особому приглашению ктитора приезжал служить Литургию отец Иоанн Кронштадтский. На моей голове лежала его благословляющая рука. А подарил он мне небольшого формата Евангелие от Луки. Когда я, уже взрослый, пытался осознать значение этого подарка, то пришел к выводу, что отец Иоанн провидел мое поступление в Духовную академию, и именно в Петербургскую». В Академии молодой человек присутствовал на вручении дипломов выпускникам, среди которых был и будущий Патриарх всея Руси Тихон, исповедник.
Проповедь о. Иоанна Кронштадтского в Андреевском соборе Кронштадта. PastVu
|
Началась Первая мировая война, Ивана мобилизовали. Перед уходом в армию он поехал к мощам преподобного Варлаама Хутынского. Приложившись к ним, в душе тоскуя о монашестве, он задал вопрос: «Буду ли я монахом?» И получил ответ: «Будешь монахом», что явилось утешением. Но перед этим Ивану пришлось отучиться во Владимирском военном пехотном училище. Он был произведен в офицеры и оказался в Царской армии на Румынском фронте. После революции 1917 года он остался верен присяге Царю и Отечеству, примкнув к армии генерала Деникина. Будущий архимандрит получал ранения, лечился в госпитале и не оставлял желания сердца послужить Церкви в ангельском чине. В стихах он изливал свои чаяния:
Когда ж настанет день надежды исполненья
И выйдет из беды Святая наша Русь,
Я брошу тяжкий путь военного служенья
И в келии монахом затворюсь…
Другие его стихотворные строки в предвкушении монашества звучат так:
Отвернусь я от мира греховного
И, со злом искушений борясь,
Буду в плаче восторга духовного
Отмывать ядовитую грязь.
И влечения к миру тягчайшего –
С его прелестью, ложью – во мне уже нет.
Иисус – мое Солнце сладчайшее.
Иисус – мой немеркнущий Свет.
Монашеский постриг случится несколько позднее, а пока молодой офицер покидает Россию.
Поначалу белогвардейцы жили на турецком каменистом острове Галиполи, где встречались со множеством трудностей в виде иссушающего зноя и нехватки средств к существованию. По ночам под крупными звездами, какие бывают только в тех краях, Иван горячо молился Богу. Вскоре молодой человек переехал в Болгарию, где зарабатывал на жизнь продажей газет. Проехав еще несколько стран, он оказался в Париже и в 1929 году стал студентом Свято-Сергиевского богословского института. Через год митрополит Евлогий (Георгиевский) постригает его в монашество с именем Исаакий в честь преподобного Исаакия Далматского.
Спустя некоторое время его рукополагают во иеродиакона в Парижском Александро-Невском соборе. Об этом событии отец Исаакий писал: «Итак, я иеродиакон. Это была весна моего монашества. Я был счастлив, когда ходил по храму с каждением. Тихонько щипал себя – я ли это, такой счастливый! Я хотел быть монахом и только диаконом! Словами Иоанна Златоуста благодарил: слава Богу за все!» Через год его рукоположили в иеромонаха, о чем он вспоминал: «В Париже снизошла на мою главу Божественная благодать священства. Я стоял в алтаре у правого угла престола коленопреклоненный, на главе моей лежали епитрахиль и ласковая рука святителя митрополита Евлогия, моего старца и восприемника в иноческом чине, за год с лишним перед тем постригшего меня в монашество. И хор нашей небольшой церкви Сергиевского подворья стройно пел по-гречески "Господи, помилуй" ("Кирие, элеисон")».
Это была весна моего монашества. Я был счастлив, когда ходил по храму с каждением
В 1928 году иеромонах Исаакий окончил Парижский богословский институт и был переведен на служение в Прагу для духовного окормления русских, проживающих в Чехословакии. В Чешской земле он прослужил в течение 17 лет, став помощником епископа Пражского Сергия (Королева) (через много лет этот епископ будет ходатайствовать об освобождении архимандрита Исаакия из советского лагеря). Со временем его возвели в сан игумена и архимандрита. Отличался отец Исаакий молитвенностью и благочестием, любовью к людям, сердечностью и мягкостью. Прихожане его любили, а он писал в стихах:
Моя мечта – учить людей
Великой мудрости смиренья…
Учить людей смирению и любви у него в полной мере получалось. Как отзывалась о нем одна из прихожанок храма, где он служил, был он «доброты совершенно необыкновенной». Особенно любили его дети, которым он преподавал Закон Божий. В конце Второй мировой войны архимандриту Исаакию было видение святого благоверного князя-мученика Вячеслава Чешского, который сказал ему, что русский народ в этой войне победит. Об этом остались такие строки:
Во дни суровые чужой над нами власти
Меня сподобил ты и своего виденья,
Благословив молитву и терпенье
И предсказав, что кончатся все страсти.
Война закончилась, русский народ победил. Но в жизни священнослужителя начался личный страстной путь. В мае 1945 года, когда русские войска вошли в Прагу, последовали аресты эмигрантов, в том числе арестовали и архимандрита Исаакия. Он был переправлен в Львовскую тюрьму, где проводились долгие и изнурительные допросы. В обвинении по его делу говорилось: «На протяжении 24 лет систематически проводил среди эмигрантов и народов Европы активную контрреволюционную деятельность, направленную на свержение Советской власти». Архимандрит Исаакий был приговорен к 10 годам исправительно-трудовой колонии с конфискацией имущества. Местом отбывания срока стала суровая земля Казахстана.
К небу я поднял глаза просветленные,
Чудилось мне: вижу я небожителей,
Слышу я звуки, в высотах рожденные,
Слышу хваления в честь Вседержителя…
Человека с чистой и доброй душой, написавшего эти строки, направляют в товарном вагоне в страшный лагерь Карлаг. В дороге измученный жаждой, духотой и грубостью охранников отец Исаакий много молился. Однажды на небе он увидел светящийся крест, расценив это видение как личный крест страданий, который необходимо будет ему понести. Видение это придало ему духовных сил, в душе воспряла надежда. В день Покрова Пресвятой Богородицы эшелон с осужденными прибыл к месту назначения.
Однажды на небе он увидел светящийся крест, расценив это видение как личный крест страданий, который необходимо будет ему понести
Отца Исаакия поместили в поселке Долинка, обнесенном колючей проволокой, в одном бараке с уголовниками: «Отправили с преднамеренной целью, чтобы эти бандиты, уголовники быстро спровадили меня на тот свет. Но Господь судил по-другому. Правда, вначале они крест и иконочку сорвали, Евангелие украли и искурили…». Кормили скудно и плохо, работать приходилось до изнеможения. Паек часто отбирали у него более сильные физически заключенные. Смертность в лагере была очень высокой. Мысленно молился архимандрит Исаакий за замученных и сам несколько раз оказывался при смерти. Постепенно за незлобие и смирение соседи по бараку стали его уважать, прозвав «митрополитом». «Митрополит, расскажи о Христе», – обращались к нему. Под страхом новой обвинительной статьи он пересказывал им Евангелие.
Пребывание в столь тяжелых условиях привело к тому, что архимандрит Исаакий тяжело заболел и ходить практически уже не мог. В тот момент он видит утешительный сон: «Я был лишен самого главного блага – свободы. И вот я вижу сон: будто в наш лагерь приехал архиерей, чтобы облегчить участь одних, утешить надеждой на освобождение других. В числе прочих подхожу к нему и я. Конечно, стриженый, в ватной куртке, совсем не похожий на архимандрита. Передо мною сидит величественный старец с очень большой белой бородой. Глубокие очи смотрят ласково, сочувственно… Голос очень приятный. И он сразу говорит мне: "Мы о Вас думаем, отец архимандрит. Потерпите немного и Вы выйдете на свободу и будете служить Церкви Божией". Всем, подходящим к нему, Владыка раздавал бумажные образа. Подает такой и мне со словами: "Вот на Вашу долю достался этот образок Воскресения Христова. Примите его в знак того, что Вы воскреснете отсюда для служения в храме Божием"». По милости Божией так вскоре и произошло. В феврале 1946 года приговор архимандриту Исаакию был отменен, в мае того же года он вышел на свободу.
Карагандинский исправительно-трудовой лагерь (Карлаг)
|
Старцем из лагерного сна в жизни оказался митрополит Алма-Атинский Николай (Могилевский), священноисповедник, которого бывший заключенный сразу узнал. Когда они встретились на Казахстанской земле, святитель обласкал отца Исаакия и взял его на служение в Алма-Ату, став его духовным наставником. По смерти святого митрополита отец Исаакий оставил такие теплые строки:
Святитель дорогой и незабвенный,
Молитвенник усердный и святой,
Наставник и учитель несравненный,
Вития вдохновенный и живой!
В Алма-Ате прослужил архимандрит Исаакий восемь лет. В конце 1957 года ему пришла телеграмма из Москвы, которую прислал Святейший Патриарх Алексий I. Хотели, было, его назначить преподавателем в Троице-Сергиеву лавру, но в силу «белого» прошлого это не удалось. В лавре он пробыл несколько месяцев. Возле мощей преподобного Сергия Радонежского, по его словам, «ушли в забвение тяжелые алма-атинские потрясения и скорби». Патриарх вручил ему посох в качестве награды за самоотверженное служение, намереваясь поставить его во епископы. Этому также воспротивилась советская власть. Отец Исаакий в результате получает назначение в город Елец, куда прибыл в 1958 году. В Елецком Вознесенском соборе прослужил он 23 года, до самой кончины.
Прихожане сразу полюбили пастыря доброго и стали называть его «наш благодатный батюшка», «орел духовный» и «наше золотце». С любовью он принимал множество людей, ласковым обращением исцеляя их душевные раны. Служил Литургию отец Исаакий сосредоточенно, имел дар молитвенных слез. Многие видели, что при молитве его лицо озарялось Божественным светом. С горячей верой он проповедовал. Одна раба Божия вспоминала об этом: «Большой след в моем сердце оставили его проповеди. Как только он выходил для проповеди, люди собирались у амвона, и наступала полная тишина, а ведь в храме было много людей. Все слушали, затаив дыхание. Говорил он с таким сильным чувством, так проникновенно, что у него на глазах появлялись слезы, многие в храме тоже плакали».
Архимандрит Исаакий (Виноградов), протоиерей Николай Овчинников и архимандрит Виссарион (Матичин) с матушками в Вознесенском соборе. Фото 1970-х гг.
|
В одной из проповедей того времени он однажды сказал: «"Будьте милосердны, как Отец ваш Небесный". Какой трудный урок нам задан – выражаясь по-современному, "соревноваться" в милосердии с Самим Господом! И если бы жизнь наша приближалась к этому идеалу, то как бы она была уже здесь, на земле, прекрасна и радостна! Если человек любит других, то этим вызывает и любовь окружающих к себе». Архимандрит Исаакий и сам был примером любви и милосердия для своей паствы. Остались такие его стихотворные строки:
Любить – самому в высоту подниматься
Тернистою, узкой тропой.
Любить – это в райские двери стучаться,
Другого ведя за собой…
«Наш отец Исаакий был верный сын Отечества, истинный служитель Православной Церкви, хранитель апостольских преданий. Церковь для него – это всё. Он, уже будучи обремененным годами, немощным, больным, так ревниво относился к службам, что, когда архиереи намекали ему, что пора уйти на покой, грустил и говорил: "Если не служить, то и не жить". И умер он, как и хотел, на посту», – так отзывалась о нем его духовная дочь.
Другие его чада говорили о нем: «Мы, духовное стадо, друзья, богомольцы, вспоминаем истинного Божия Светоча во времена атеистического помрачения умов – архимандрита Исаакия. Кого можно с ним сравнить? Избранники Божии всегда были и есть, и нам Господь явил такового в лице дорогого отца архимандрита. В Евангелии от Иоанна написано: "Был человек, посланный от Бога, имя ему Иоанн, он не был свет, но был послан, чтобы свидетельствовать о Свете". Такового свидетеля мы, еще живые, знаем. Он был с нами! Для нас, духовных чад, отец Исаакий был любящим, милостивым, снисходительным, всепрощающим от сердца и властью, данною ему от Бога. Это была уникальная личность… Не имея ничего, он щедро одаривал высшим духовным состоянием всегда и всех, кто сколько мог в себя вместить, и при этом так строго относился к себе! Отец Исаакий – загадка, великая тайна Божественного Промысла, святость, недоступная пониманию грешных людей. Мы видели только внешнюю сторону. Глубинное, тонкое чувствовалось сердцем, но оставалось недоступным».
В одном из стихотворений архимандрит Исаакий написал:
Я рыцарь и монах. Такое сочетанье
Необычайно в наш практичный век,
Когда монахом быть нет у людей желанья,
От рыцарства далек наш человек.
Воистину архимандрит Исаакий был рыцарем духа, явившим пример высокой христианской жизни. «Это был человек настоящей культуры, которая приводит к Церкви и никогда не отдаляет от Бога ни самого его носителя, ни тех, кто соприкасается с ним. Он был притягателен как пастырь и для самых простых людей, и для профессиональных кругов… Отец Исаакий – это такая глыба духовная, что нам, простым людям, очень трудно написать о нем так, как он этого заслуживает. Он был человеком незаурядным и пастырем необыкновенным… Основные черты этого человека – смирение и любовь. Он все делал только по любви. Сейчас, допустим, есть духовники, но их окормление больше от ума. А здесь – именно силой духа. Он мог найти нужное слово и Божественным словом утешить человека. Отец Исаакий был настоящим Старцем!» – говорили об отце Исаакии знавшие его при жизни.
Он мог найти нужное слово и Божественным словом утешить человека
Был наделен пастырь и даром прозорливости. Однажды одному мальчику он сказал: «Ты у нас будешь военным! Тебе нравится быть военным? Я лично уважаю только два вида одежды – военный мундир и монашескую рясу!» Повзрослев, этот мальчик действительно стал военным.
Тернистый жизненный путь архимандрита Исаакия подходил к концу. Претерпев испытания, скорби, издевательства, несправедливость, он не озлобился, но, напротив, взрастил в своей душе еще бóльшую любовь, в том числе и к врагам:
Я люблю. Я люблю и прощаю,
Все прощаю и все я терплю,
Снисхожденья не ведая края,
Потому что люблю…
Исаакия (Виноградова)
Почил о Господе архимандрит Исаакий 12 января 1981 года. Его погребение на елецком кладбище происходило при большом стечении народа и духовенства под возгласы «Христос воскрес!» «Земная жизнь остановилась для отца Исаакия – он принадлежит вечности. А нам, оставшимся, наше земное время дается для того, чтобы осознавать высокий подвиг таких людей, как отец архимандрит Исаакий, и по мере сил следовать им», – так отозвался об усопшем один из священнослужителей.
Закончить повествование об этом дивном пастыре Божием хотелось бы строками из его стихотворения:
Забудем зло, мир в сердце утвердим.
Откроем и друзьям, и недругам объятья:
Христос воскрес! – ликуя, возгласим.
Да упокоит Господь душу архимандрита Исаакия в селениях праведных!
Источники:
Весна моего монашества: Жизнеописание и духовное наследие архимандрита Исаакия (Виноградова) 1895–1981. – М.: Паломник, 2011
Под сенью любви. В. И. Окунева. – М.: Изд-во Московской Патриархии, 2000
11 февраля 2026
Размер пожертвования:
рублей
Пожертвовать
Здесь вы можете оставить к данной статье свой комментарий, не превышающий 700 символов. Все поля обязательны к заполнению.