Главная > Журнал > Святые и подвижники благочестия > Он стал родным отцом для тысяч детей

Он стал родным отцом для тысяч детей

Елена Детинина

Распечатать

2 июля Русская Православная Церковь чтит память святителя Иоанна (Максимóвича), архиепископа Шанхайского и Сан-Францисского (1966).

Как только архиепископ Иоанн приехал в Шанхай в 1934 году, он сразу же основал там сиротский приют. Начальницей детского приюта стала Мария Александровна Шахматова. Ее называли мамой сотни детей. Это было тяжелое время. В Шанхай приехали тысячи русских семей, спасавшихся от коммунистического режима в России. Эмигранты жили тяжело, их дети часто недоедали, были напуганы.

Батюшка Иоанн пригласил к себе несколько женщин-эмигранток и попросил их организовать комитет по попечительству. Затем он на свои средства арендовал дом, где открыл детский приют для сирот и детей из бедных семей. Все дети были непростыми, потому что, несмотря на порой младенческий возраст, уже испытали глубокие страдания. Мария Александровна старалась к каждому ребенку найти нужный подход, и ей это удавалось. А появление отца Иоанна сразу же приносило детям утешение и умиротворение.

Владыка Иоанн с детьми из приюта в Шанхае. 1938 г.

Как-то в приют поступил мальчик. Он совсем не разговаривал и только шипел, как зверек. Когда его привели в приют, он бросился с кулаками на одну из женщин из попечительского комитета.

– Очевидно, ребенок ненормальный, – сказала женщина, – он будет пугать других детей.

Но мудрая Мария Александровна решила посоветоваться с владыкой Иоанном.

– Батюшка, привели мальчика, он ведет себя очень странно: не разговаривает, никому не доверяет, на всех пытается броситься с кулаками.

– Вы пробовали задавать ему вопросы на разных языках? Он понимает вас? – спросил владыка.

Сам владыка Иоанн владел греческим, французским, арабским, китайским, позже – английским – языками.

– Да, конечно, говорили с ним, но он не отвечает.

Владыка Иоанн решил сам поговорить с мальчиком. Он приехал в приют и подошел к мальчику, на которого ему указали воспитательницы. Владыка увидел совершенно запуганного, трясущегося ребенка, у которого дрожали руки, он не поднимал на незнакомца глаз. Тогда владыка Иоанн сел напротив отрока и сказал:

– Я знаю, что ты потерял своего отца, но сейчас ты обрел его вновь – и это я.

Я знаю, что ты потерял своего отца, но сейчас ты обрел его вновь – и это я

После этого владыка Иоанн ласково привлек к себе мальчика и крепко его обнял. Его слова были наполнены такой любовью и теплотой, что мальчик громко заплакал.

– Успокойся, мой милый, у тебя здесь появилась семья, где тебя все любят, – владыка ласково утешал ребенка.

И произошло чудо – мальчик заговорил! Оказалось, что это русский ребенок, он сказал, что его зовут Павел. Позднее он рассказал своему вновь обретенному отцу – владыке Иоанну трагическую историю своей детской жизни. На его глазах коммунисты убили его отца и мать, а потом тела убиенных жестоко разрубили на куски. Потрясение ребенка было таким огромным, что он перестал говорить, не мог вымолвить даже свое имя. С этого времени он боялся каждого человека. Потеряв речь, он только шипел. Чтобы защитить себя, он бросался с кулаками на любого, кто, как ему казалось, чем-то угрожал. Вместе с другими мальчик добрался до Шанхая, где беспризорничал на улицах. Здесь его доставили в детский приют, где он обрел настоящую семью.

Вскоре владыка Иоанн прочитал в шанхайских газетах, что в трущобах города собаки иногда съедают младенцев, которых бедняки или бездомные люди выбрасывают в мусорные баки. Владыка Иоанн пригласил Марию Александровну и сказал ей:

– Прямо сейчас сходите и купите две бутылки китайской водки.

Мария Александровна пришла в ужас, но послушно и молчаливо исполнила приказ владыки.

Поздним вечером она вновь сильно испугалась, когда отец Иоанн сказал ей:

– Мы отправляемся в трущобы.

Мария Александровна понимала, насколько посещение шанхайских трущоб опасно для жизни, ведь убийства и драки здесь были обычным делом и происходили почти каждую ночь. Но бесстрашный владыка отправился в опасное путешествие по окраинам города. Мария Александровна позднее вспоминала, что ею овладевал ужас, ноги становились ватными, когда они шли в полной темноте по узким переулкам, где им встречались на дороге только пьющие или странные на вид люди, а также лающие собаки. Бутылки с водкой женщина несла в руках, едва успевая за владыкой. Внезапно они услышали крик пьяницы:

– Стой! Иди сюда!

И одновременно с этим криком они услышали плач младенца, который послышался из стоящего около пьяного человека мусорного бака. Отец Иоанн быстро пошел к баку, но пьющий был начеку и, приподнявшись, грозно зарычал. В ту же минуту владыка сказал Марии Александровне:

– Подайте мне одну бутылку водки.

Батюшка поднял руку с бутылкой высоко вверх, а другой рукой указал пьянице на мусорный бак. Так владыка Иоанн без слов договорился с пьяным человеком об обмене бутылки водки на младенца. Отец Иоанн передал бутылку пьянице и, взяв ребенка, передал его Марии Александровне. Она быстро схватила девочку, чтобы пьяница не передумал.

В эту же ночь таким же способом удалось спасти еще одного младенца. И в приют владыка Иоанн и Мария Александровна вернулись с двумя крошечными детьми на руках. Кстати, эта девочка, которую назвали Валентиной, выросла в приюте и, став взрослой, жила в Сан-Франциско.

Детский приют владыка Иоанн назвал в честь святителя Тихона Задонского. С этим именем приют существовал и в Шанхае, и в Сан-Франциско, где владыка жил впоследствии.

Во время Второй мировой войны средств на содержание приюта практически не было. А в приюте уже находилось более 90 детей. И владыка Иоанн продолжал приводить в приют все новых обездоленных ребят.

Однажды владыка сказал Марии Александровне:

– Завтра мы идем в публичный дом.

Начальница приюта произнесла:

– Нет, батюшка, увольте меня от этого!

Владыка Иоанн, улыбнувшись, произнес:

– Но это должно быть сделано.

И пояснил:

– Я узнал, что там живет одна женщина, у которой есть двое детей. Эти дети нуждаются во всем, мать за ними не смотрит, так как занята своей «профессией».

Когда владыка Иоанн и Мария Александровна пришли в публичный дом и попросили консьержа провести их в комнату этой женщины, то они увидели девочку шести лет и мальчика лет девяти. Матери в комнате, как всегда, не было. В неуютной комнате дети находились постоянно одни, выйти на улицу им не позволяли, они не посещали школу, у них не было горячего питания. Дети с испугом смотрели на вошедших.

– Милые дети, пойдемте с нами, вы будете жить в доме, где обретете свою семью, у вас будут вкусная еда, детские игрушки, на детской площадке вы будете играть со своими вновь обретенными братьями и сестрами, все вместе вы будете ходить в школу. А мы с Марией Александровной станем вашими родителями.

Милые дети, пойдемте с нами, вы будете жить в доме, где обретете свою семью

После этих слов отец Иоанн ласково и с большой любовью обнял худых, заброшенных детей.

– Я согласен, – произнес мальчик.

Но тут в комнату ворвалась их разъяренная мать и с порога закричала:

– Кто вы такие? Что вы тут делаете? Хотите сделать детям что-то плохое? А ну, немедленно выметайтесь отсюда!

На владыку и начальницу приюта посыпалась отборная брань. Кое-как угомонив кричащую женщину, владыка терпеливо уговаривал ее отдать им детей. Но женщина была непреклонна. Наконец, после долгих переговоров мальчика удалось отстоять, а девочку мамаша ни в какую не соглашалась отдать в приют, несмотря на добрые, теплые слова владыки Иоанна и Марии Александровны.

Мальчик вырос в приюте и впоследствии стал достойным человеком, а девочка, оставшись с матерью, переняла ее «профессию». Этот мальчик, в крещении Владимир, рос задумчивым, тихим, кротким. Когда в юности пришло время избрать жизненный путь, Володя решил поступить в духовную семинарию. В семинарии он нес послушание наборщика в типографии. А в свободное от учебы и послушаний время, чаще всего по ночам, он набрал пять томов «Добротолюбия» святителя Феофана Затворника.

Володя выбрал путь монашества, он был пострижен в малую схиму с именем Феодор в честь преподобного Феодора Сикеота. После пострига в великую схиму Володя стал схиархимандритом, был направлен в Грецию для служения в женском монастыре. Ему здесь все было по душе: красивая природа, ежедневные Литургии, маленькая уютная келия, где на столе у него всегда стояла фотография владыки Иоанна, которого он считал своим отцом и бесконечно любил. Когда по состоянию здоровья он вернулся в Америку, то подвизался в Свято-Тихоновском монастыре простым монахом.

Детский приют был большой радостью для владыки Иоанна. Тысячи подобранных и отверженных детей-сирот здесь обрели второй дом. Владыка Иоанн, обычно собранный и серьезный, всегда радостно шутил и смеялся, когда его окружали дети. Радостно становилось всем, кто видел эту картину: сидящий на низком стульчике владыка Иоанн, а вокруг него – множество детей всех возрастов. Рыжий голубь всегда садился на его плечо, когда он выходил во двор приюта. Дети-сироты, смеясь, отгоняли голубя. Голубь словно был символом души праведника – владыки Иоанна, который большой любовью воспитывал обездоленных детей.

Владыка Иоанн большой любовью воспитывал обездоленных детей

О каждом из этих сирот владыка Иоанн заботился, видел их индивидуальные особенности, их проблемы. Например, музыкально одаренных братьев Бориса и Николая Масенковых он пристроил регентами. Борис Масенков много лет был регентом в Никольском соборе, а Николай создал свой собственный хор и ездил с концертами по всему миру. Сам владыка говорил, что его любимой оперой была опера Михаила Ивановича Глинки «Жизнь за царя». Владыка Иоанн был убежденным монархистом, он всегда молился за русских царей, всегда поминал «благоверных царей».

Спустя годы к владыке Иоанну его воспитанники приезжали со своими семьями. Теперь его окружали не только дети, но и взрослые – его бывшие воспитанники. Огромная семья всех детей приюта, который основал владыка, считала его своим родным отцом.

Елена Детинина 1 июля 2024

Издательство
Сретенского монастыря