Чудо Рождества: от звезды Вифлеема к свету Богоявления
«Чудо Рождества: от звезды Вифлеема к свету Богоявления» – очень важная и ценная книга, которую будет интересно перечитывать каждый год, открывая для себя всё новые смыслы.
О духовничестве и взаимоотношениях духовного отца и чад
По размышлениям митрополита Антония Сурожского
Вопрос о духовничестве – один из самых насущных и вместе с тем самых сложных в жизни Церкви. Что такое духовность? Кто такой духовник? Каковы границы его власти и ответственности? Где проходит грань между подлинным духовным руководством и губительным вторжением в тайну человеческой души? Эти вопросы встают перед каждым христианином, ищущим духовного наставника, и перед каждым священником, к которому приходят люди с просьбой стать их духовным отцом.
Митрополит Антоний Сурожский
|
Митрополит Антоний Сурожский, размышляя о духовничестве на протяжении десятилетий, предлагает глубокое и трезвенное понимание этой темы, основанное на святоотеческом опыте и личном пастырском служении. Его слово обращено ко всем – и к мирянам, ищущим руководства, и к священникам, которые часто по неопытности или духовной незрелости берут на себя роль, к которой не призваны. Владыка Антоний не предлагает готовых рецептов, но указывает на самое существо духовничества: благоговейное вслушивание в действие Святого Духа в человеке и смиренное сознание того, что духовник – лишь свидетель и спутник, а не господин и судья.
Митрополит Антоний настаивает на необходимости различать три уровня в духовничестве: приходской священник, который совершает таинства; духовный отец, который способен давать советы из собственного опыта; и старец – харизматическое явление, благодатный дар, который нельзя приобрести никакими усилиями. Старцем нельзя «сделаться» или научиться, как нельзя научиться гениальности; это люди, которых коснется благодать Святого Духа и которые отзовутся на нее. Молодой священник, возомнивший себя старцем лишь в силу рукоположения, становится «младостарцем» – явлением губительным для душ, вверенных его попечению. Рукоположение не дает человеку ни ума, ни учености, ни опытности, ни духовного возраста; оно дает ему страшное право стоять перед престолом Божиим, где только Христос имеет право стоять. Священник – икона, но он только тогда станет в полном смысле иконой, когда благодатью Святого Духа через него будет светиться Свет Христов, когда люди, глядя на него, уже не будут его видеть, а будут сквозь него видеть Христа.
Духовность заключается не в наших молитвенных упражнениях или аскетических подвигах, а в том, что в нас совершает действие Святого Духа
Духовность заключается не в наших молитвенных упражнениях или аскетических подвигах, а в том, что в нас совершает действие Святого Духа. В этой связи задача духовника – не «воспитывать» человека по трафаретам, не дрессировать его по образцу, который кажется правильным, а зорко следить за тем, что Бог совершает в человеке, охранять это действие от соблазнов и падений. Духовник призван видеть в каждом человеке икону Божию, которая никогда не отнимается, даже если повреждена грехом, и благоговеть перед этой красотой, помогая устранить все, что уродует образ Божий. Как садовник должен знать природу почвы и природу растения, чтобы помочь ему развиться согласно его собственной природе, так и духовник должен прозреть в человеке его исключительное, неповторимое свойство и дать ему возможность быть самим собой, а не репликой наставника или его трафаретным повторением. Пример этому – встреча Антония и Феодосия Печерских: Феодосий был воспитан Антонием, но их жизнь ничего общего не имеет с тем, что Антоний был отшельником, а Феодосий – основоположником общего жития. Духовник должен различать между желанием сделать человека подобным себе и желанием сделать его подобным Христу.
Послушание в православном понимании – это прежде всего «слушание» всеми силами души, а не слепое подчинение. Оно требует смирения с обеих сторон: послушник вслушивается в слова наставника, в тон голоса, во все проявления его личности, стараясь через это перерасти самого себя; духовник же должен прислушиваться всем своим опытом и молитвой к тому, что Дух Святой совершает в доверившемся ему человеке. Каждый человек – потенциально «купина неопалимая», и духовник может ступить на святую почву только «сняв сапоги», с благоговением и трепетом, как мытарь, стоящий у притолоки храма и не смеющий войти иначе, как если Сам Бог велит. Смирение – это состояние примиренности с волей Божией, открытости перед Богом, готовности принимать все как дар Божий, и плодородная земля, которая лежит безмолвная, открытая, беззащитная перед небом, принимает и зной, и дождь, и удобрение, и приносит плод. Духовник – не судья, а свидетель, «друг Жениха», который присутствует при тайне встречи кающегося человека с Богом и благоговеет перед этим чудом. Если бы самый неопытный священник так относился к Исповеди, он был бы уже тайносовершителем.
Одна из главных задач духовника – воспитать человека в духовной свободе, в «царственной свободе чад Божиих», чтобы он не оставался в состоянии инфантильности всю жизнь, не прибегал всегда по пустякам к духовному отцу, но вырос в такую меру, когда сам научится слышать то, что Дух Святой вещает в его сердце. Митрополит Антоний решительно предостерегает против принуждения в духовной жизни: нельзя навязывать человеку монашество или брак, нельзя разрывать существующие связи, нельзя вмешиваться в решение вопросов, которые человек должен решить свободно. Если человек не знает, принимать ли ему монашество или идти на брак, это значит, что он ни к тому, ни к другому не готов, ни для того, ни для другого не созрел. Священник, который ставит ультиматум: «В течение недели найди себе невесту и женись, потому что ты мне нужен священником», совершает преступление. Духовник должен уметь сказать: «Я не знаю», как делал преподобный Амвросий Оптинский, который, не получая ответа от Божией Матери, отказывался отвечать спрашивающим. Подлинное духовничество – это не власть и контроль, а сострадание, спутничество и благоговейное служение тайне встречи Бога и человека, ибо Бог не ищет Себе рабов, а ищет детей, братий и сестер.
|
Митрополит Антоний обращает к священникам громкое предостережение: «Берегитесь, братья мои, священники! Берегитесь, не принимайте на себя роль, которая не соответствует вашему духовному возрасту, будьте просты! Будьте просто священниками – это уже так много!» Человек, который силой благодати Святого Духа может совершить Литургию, может окрестить ребенка, может помазать миром, – это немало, это нечто столь великое, что не требует никаких дополнительных претензий на старчество. Смирение священника начинается там, где он смотрит на то, что совершается между Богом и человеком, и понимает, что он тут ни при чем, что он не может этого создать, что ему только дано в трепете, в ужасе, в благоговении присутствовать при этом чуде. Культ личности священника, который часто создается вокруг опытных духовников, должен искореняться прежде всего самим священником, который должен постоянно напоминать себе, что он ничто, если им не руководит Божия благодать. Церковь построена, словно пирамида, стоящая вверх дном на самом острие своей вершины, и чем человек делается ближе к Богу, тем он должен сходить ниже и ниже, глубже и глубже, и в конечном итоге вершина этой опрокинутой пирамиды – Сам Христос, на Котором все покоится. Духовничество делается частью той духовности и того возрастания в святость, к которой каждый из нас призван и которую каждый духовник должен помочь своим духовным детям совершить.
14 октября 2026
Размер пожертвования:
рублей
Пожертвовать
Здесь вы можете оставить к данной статье свой комментарий, не превышающий 700 символов. Все поля обязательны к заполнению.