Чудо Рождества: от звезды Вифлеема к свету Богоявления
«Чудо Рождества: от звезды Вифлеема к свету Богоявления» – очень важная и ценная книга, которую будет интересно перечитывать каждый год, открывая для себя всё новые смыслы.
Гармония, разлад и поиски основы
Как раскрывали тему семьи русские художники
Древнерусское искусство говорит о небе, о мире горнем, так что там мало реалий мира здешнего. Популярная в искусстве Запада тема Святого Семейства (потом, правда, позднее, она будет транслироваться и у нас, много раз повторится, например, «Святое Семейство» Рафаэля) была тогда для русского искусства невозможна, потому что нет никакого «Семейства», есть тайна Боговоплощения, есть Дева, ставшая Матерью Христа. Праведный Иосиф изображается, например, в иконографии Рождества Христова именно в стороне, что подчеркивает: он не имеет никакого отношения к происходящему. Хотя личные отношения Христа и Его Матери даже в иконе так или иначе могут проявляться, особенно в иконографиях Умиления.
А. Матвеев. «Автопортрет с женой»
|
Из светского искусства прежде всего хочется остановиться на картине Андрея Матвеева «Автопортрет с женой», 1729 г. (?). Эту работа всем хорошо известна, поскольку здесь – первый автопортрет в русском искусстве. Вот ведь как интересно получается – первый автопортрет, но художник мыслит не себя одного, а вместе с супругой. И в картине очень чувствуется единство мужа и жены. «Автопортрет построен на диалоге, беседе – безмолвной, может быть. Общение выражается во взглядах и жестах. Автопортрет имеет очень интимный характер, и вот эти качества близости, домашней, семейной теплоты художник сумел сохранить в картинной композиции», – писал искусствовед Николай Третьяков.
Крестьянскую семью с ее устоявшимся укладом, иерархией показывает художник Соколов (имя, отчество, годы жизни неизвестны) в картине «Крестьянское семейство перед обедом», 1831.
Соколов. «Крестьянское семейство перед обедом»
|
Во второй половине XIX века тема крестьянской семьи звучит нередко в социальном контексте, например, Алексей Корзухин «Поминки на кладбище», 1856, Илья Репин «Проводы новобранца», 1879.
На рубеже XIX–ХХ веков некоторые художники на фоне изменений в обществе, затрагивающих в том числе и семейное устроение, и предчувствие грядущего слома, пытаются отыскать некий жизненный идеал в прошлом, в том числе в допетровской Руси, как Андрей Рябушкин в яркой, цветной, праздничной картине «Семья купца в XVII веке», 1896, «где автор отталкивался, конечно, от парсуны, исходил из опыта русского искусства, духа XVII века».
А. Рябушкин. «Семья купца в XVII веке»
|
Тема семьи как опоры, как единства близких людей проходит через все творчество Бориса Кустодиева: от ранних импрессионистичных работ, таких, как «Утро», 1904, где показана его жена Юлия Евстафьевна, купающая сына Кирилла. Нежная, светлая работа звучит гимном жизни. Или «На террасе» 1906 года, где за летним чайным столом собрались близкие художника – прекрасный идиллический мир. Мир, который художник будет вспоминать, воссоздавать, перенося семью в недавнее прошлое, в огромный, радостный, прекрасный мир. Речь о картине «Лето (поездка в "Терем")», 1918. Художник пишет работу в 1918 году, когда и по состоянию здоровья, и по тому, что происходило вокруг, он не мог ездить в «Терем» – дом Кустодиевых в Костромской губернии.
Непрочность быта, маленького мира семьи, а вместе с тем, как это ни парадоксально, крепость этого мира – в работе Кузьмы Петрова-Водкина «1919 год. Тревога», 1934 г. Несмотря на то, что сам художник, объясняя свое произведение, видел в нем «всегдашнее неспокойствие, всегдашнюю боязнь за то, чтобы не дрогнули завоевания революции…», на самом деле нюансы в виде газеты «Красная звезда» не столь важны, как важен сам бытовой уклад, красота которого и в красной юбке женщины, и в лоскутном одеяльце спящего младенца, и даже в розовых, пусть оборванных обоях… И вот среди этого уютного обжитого пространства – острое ощущение тревоги: там, за окнами, происходит что-то очень значительное, пугающее, способное разрушить всё.
Тема семьи оказывается связанной с темой Победы в Великой Отечественной войне в работе Аркадия Пластова «Сенокос», 1945 г. В огромной картине – торжество жизни, которую отстояли. Это торжество – в бурно цветущем разнотравье, в уходящем вдаль пейзаже, в размеренной и слаженной работе всех героев – членов одной семьи – женщины и трех поколений мужчин. Брюки на них – еще от той, военной жизни, но теперь – мир, созидание, радость.
В огромной картине – торжество жизни, которую отстояли
Идея семьи как символа жизни выразительно проявляется в картине Сергея и Алексея Ткачевых «Май сорок пятого», 1979–1981 гг., где звучит радость Победы, радость возвращения, где говорится и о цене подвига народа, и о том, что, пока отец защищал цветущие деревья – символ жизни в целом, своих дорогих, страну, его дело здесь, в тылу, продолжал сын.
У Ткачевых много картин, посвященных теме семьи, и семьи именно не городской, а деревенской, и она связана с темой земли, крестьянского труда. Такая демонстрация основы существования жизни. Наполнена светом, теплом их картина «Июньская пора», 1976–1977 гг., где перед зрителем молодой отец, чистящий косу, молодая мать с ребенком на руках изображены на фоне огромных стогов сена. Стога воспринимаются масштабными домами, чем-то крепким, надежным.
А. и С. Ткачевы. «Июньская пора»
|
Про семью как основу существования человечества, про преемственность поколений – яркая, красная, праздничная работа Юрия Кугача «Свадьба», 1967 г. Неслучайно практически все герои изображены за столом и образуют овал – образ бесконечности течения жизни.
Однако в советском искусстве второй половины ХХ века не раз звучит идея того, что с семьей с современном мире происходит что-то неправильное, рушится, уходит, вторя исчезающий деревне, и понимание семьи. Об этом, кстати, и фильм «Белые росы», 1983 г., режиссера Игоря Добролюбова.
В изобразительном искусстве тема деструктива, разрушения звучит у Виктора Попкова в картине «Развод. Светлана, мама, папа и бабушка», 1966 г. Совсем другая его картина – «Лето. Июль», 1969 г., где показана семья как единое целое. Изображал художник семью своей сестры, причем не раз, в данном случае – когда все гостили у матери Попкова. «Семья Тамары явилась для меня образом единства в общечеловеческом вечном понимании, где связующим звеном являются дети, радость лета, солнечного сада, полного любви, которая объединяла нашу семью в доме матери». И даже если в семье происходит разлад, он временное преодолеваемое явление, поскольку единство никуда не уходит. Об этом картина, где также изображена семья сестры, – «Семья Болотовых», 1968 г.
В. Попков. «Семья Болотовых»
|
О взаимоотношениях отцов и детей, о том, что не всё всегда складывается так, как представлялось когда-то, – пронзительная щемящая работа Сергея Гавриляченко «Отец и сын», 2015 г. На ней – тяжелый разговор между отцом и взрослым сыном, точнее даже молчание, в котором боль и переживание за сына тяжелым грузом легли на плечи отца. Герои сидят на диване, а за ними на стене – фотография, на которой молодой отец несет на плечах маленького сына, и там, на черно-белом фото, все просто, понятно, радостно.
В работе «Старосветско-измайловские помещики», 2013 г. Сергей Гавриляченко изобразил себя и свою жену за круглым столом. Здесь есть и добрая ирония, и любование бытом, уютом – тем, что в принципе часть семейной жизни.
С. Гавриляченко. «Старосветско-измайловские помещики»
|
С 24 июня по 4 июля Московский союз художников организовал выставку «Семейный портрет» в Московском доме художника на Кузнецком, где было представлено много разнообразных интересных работ живописцев, графиков и скульпторов разных поколений. Заявленная тема раскрывалась там по-разному, с разных углов, в том числе как раз через стремление показать именно деревенскую семью как символ крепкого, основополагающего начала. Это не просто экскурс в недалекое прошлое, не просто демонстрация связи поколений, а попытки отметить то, за что можно удержаться человеку в неустойчивости окружающего современного мира. Почти идиллическая картина в работе Эльмиры Петровой «Утро», 2019 г.: центр композиции – цветом выделенная люлька с ребенком и качающая ее молодая женщина, сидящая на железной пружинной кровати. За ее спиной – еще спящий муж. Муж и жена объединяются цветом, что очень логично и работает на главную идею картины, в итоге получается такое единство всех членов семьи. Окно уводит дальше из уютной светлой комнаты с интерьером, знакомым только старшему поколению, к бесконечному среднерусскому пейзажу, и все находящиеся внутри дома мыслятся и отдельно, автономно, и его неразрывной частью…
В картине Николая Зайцева «Иван родился», 2022 г. показаны реалии, тоже не очень знакомые современным молодым людям, тем более городским. Среди бушующего моря ржи или пшеницы семья возвращается, забрав маму с новорожденным малышом из роддома. По дороге их застал дождь, ветер, муж пытается накрыть жену с младенцем от дождя, старшие дети идут через непогоду сами. Удаленный ракурс позволяет захватить больше пейзажа, показать и деревню с церковью у линии горизонта, и много неба с тучами, радугой, светлой бездождевой его частью, а в итоге – сделать эту сцену глобальной. Рождение нового человека значимо и важно для всей земли, как важен каждый из изображенных людей, которые часть этого мира, где может быть непогода, ветер, но потом обязательно будет светло и ясно, ведь рядом с нами Бог, о чем четко напоминает храм с колокольней.
Мне кажется крайне важным желание современных художников проследить те ниточки, что связывают живущих ныне людей с теми, что посетили этот мир раньше нас, вписать историю семьи в глобальную историю страны. Юрий Орлов на той же выставке МСХ показал свою семью «В тишине комнат усадьбы "Петровское"», 2020–2025 гг. И удивительно, он сам, его жена, сыновья не воспринимаются просто любознательными экскурсантами, пришедшими любоваться памятником культуры. Они как будто оказываются в концентрированном сгустке времени, где «вчера» и «сегодня» – вполне единые понятия. Композицию художник строит так, чтобы продемонстрировать это попадание в прошлое без игнорирования современной реальности. На переднем плане изображена супруга художника, чуть дальше – два сына, а на дальнем плане в конце анфилады он сам. Кстати, интересно, что муж и жена расположены по одной линии, а дети – сбоку, что очень хорошо показывает устройство семьи в глобальном смысле.
У Альберта Солтанова есть работа «Бабушкино зеркало», 2012 г., на которой изображена девочка, стоящая у старого трюмо и примеряющая бабушкины бусы. Она смотрит на себя, но, кажется, смотрит и куда-то дальше, туда, в глубину зеркала, в семейную историю, в историю страны, в общечеловеческую, в которой отражается вечность. А на девочку с фотографий, прикрепленных к раме, глядят ее родные: бабушки, прадедушки, прапрабабушки... И она оказывается частью всей этой истории, семейной и общечеловеческой.
Даже в таком достаточно беглом обзоре можно увидеть, насколько значима тема семьи для художников. Потому что просто не может быть иначе, ведь семья – это не просто про продолжение рода, а гораздо больше. Основа существования человечества. Малая Церковь. И художники это чувствуют даже в эпоху, когда, кажется, люди стремятся уйти от всего настоящего, ведь «чем ночь темней, тем ярче звезды», а когда земля уходит из-под ног, человек начинает искать то крепкое, за что можно ухватиться. Даже показывая неустройства, художники имеют в виду идеал, тот, что задумывался изначально…
7 июля 2026
Размер пожертвования:
рублей
Пожертвовать
Здесь вы можете оставить к данной статье свой комментарий, не превышающий 700 символов. Все поля обязательны к заполнению.