Потерянные грехи и другие рассказы
Интересные, добрые, поучительные, а порой и смешные истории об обычных людях, которые идут по жизни с Богом.
Любить – это глагол
Говорим с сестрой душевного попечения благотворительного проекта «Дети под Покровом» православной службы помощи «Милосердие», психологом Еленой Ганичевой. Елена делится личным опытом после непростого испытания серьезным диагнозом.
– Елена, совсем недавно Господь послал Вам испытание серьезным диагнозом. Расскажите, как Вы с ним справились?
– Когда мне неожиданно поставили такой безапелляционный диагноз: синхронный множественный рак обеих почек и сказали, что шансов нет, тогда вера в Бога и опыт служения в больнице стал моей опорой. Я понимала, что, если сейчас позволю унынию, отчаянию поглотить меня, значит все, что я делала до этого в больнице, всё это будет ложью. Всё, что я говорила мамам, детям будет просто пустым. Опыт мам, родителей, которые проходили через страдания своих детей, каким-то необъяснимым образом укрепил меня. Я просто не могу даже представить, если бы не было опыта в больнице, как я вообще смогла бы пережить все это.
– А как именно Вам помог опыт служения в больнице?
– В какой-то момент я вспомнила мам в РДКБ. Тех самых мам, которые рассказывали мне, как во время тяжелых болезней детей их вдруг накрывало безграничной любовью к миру и людям. Когда, казалось бы, должно быть больно, страшно, невыносимо, они выходили на улицу и хотели обнимать каждого прохожего. И со мной произошло то же самое. Уже тогда я поняла, что это Господь. Он идет рядом с нами. Он окутывает любовью. Он говорит: «Я рядом. Не бойся!» Тогда я почувствовала тишину и радость. Я перестала думать о будущем. Я просто была в каждом мгновении. И я тогда была настолько потрясена, что я и до сих пор потрясена и благодарна Богу за то, что смогла сама это почувствовать. Я никогда не испытывала такой любви к миру, людям рядом, поэтому я так искренне радовалась, что я пока есть… Была теплая осень, и я гуляла на улице, и мне было настолько хорошо просто от того, что я вот тут, и Господь мне дает возможность жить. Я улыбалась прохожим. И мне казалось, что весь мир – это огромный подарок, который я впервые развернула.
Как все это можно пережить? Как, если не через страдания? Все это почувствовать можно только с Богом. В страдании множится любовь. Без страданий человек останавливается в развитии. Только страдание дает человеку ту самую энергию для духовного и душевного роста.
– Невольно приходят на ум слова святителя Луки (Войно-Ясенецкого): «Я полюбил страдание». Для обычного человека эта фраза звучит парадоксально. Как можно страдания полюбить? А полюбил, потому что рядом был Христос.
– Нам этого не понять. Мы можем только в какой-то момент это ощутить. Я не понимаю, при каких других обстоятельствах я могла бы так сильно ощутить любовь Бога. Любовь Бога к нам безгранична. Но только если мы готовы впустить ее в свою жизнь. Если мы доверяем, как дети, не пытаясь все разложить по полочкам в своем взрослом аналитическом уме. Такая вера-доверие убирает тревогу, смывает страх, расправляет плечи. После моих душевных и физических страданий, операций, после полного доверия себя Богу, Господь подарил мне чудо исцеления. Когда пришел тот самый результат, который опроверг диагноз, тогда для меня весь мир остановился и превратился в одно большое «Спасибо!»
У нас в обществе очень много страхов, которые на самом деле ложные. И вот эти страхи порой парализуют. В больнице я всегда говорила и говорю, что очень важно в страданиях не отвернуться от Бога, и тогда даже страдания становятся благодатью.
Очень важно в страданиях не отвернуться от Бога, и тогда даже страдания становятся благодатью
– Как изменил Вас опыт собственной болезни? Что важного и ценного Вы для себя вынесли?
– Через свое испытание я каждой клеточкой своего тела, своей души почувствовала силу любви, как она исцеляет. Казалось бы, такие громкие слова про исцеляющие силы любви, но, наполняя себя любовью к Богу, наполняя себя любовью к людям, к этому миру, к этой жизни, человек исцеляется. Боль, любовь, страдания, радость соседствуют, переплетаясь в немыслимом узоре. Я увидела, насколько крепко страдания и любовь идут рука об руку.
Я это почувствовала. Когда я смотрела на своих детей, когда мне поставили диагноз, я просто не могу даже описать словами, что я в этот момент ощущала. Но при этом я еще больше испытывала к ним любовь. Будто бы я понимала, что если мне сейчас не отчаяться и продолжать еще сильнее любить, то как будто бы они смогут мою любовь пронести через всю свою жизнь, даже если меня не будет рядом. Я им говорила о том, что даже если меня не будет рядом, я вас буду любить вечно, всегда. После того, как опухоли исчезли, самым сложным для меня стало пронести это ощущение любви, которое я тогда в страданиях получила, важности этого внутреннего настроя. Любовь – это же не благо какое-то, которое падает на нас с неба, это способность. И это навык, который каждый человек может себе развить, особенно находясь в страданиях. Любить – это глагол, это действие. Человек может в себе эту способность развить. Если человек фокусируется на поиске любви в себе и вовне, он ее всегда найдет. Если человек фокусируется на злости, боли, отчаянии, он это и будет получать. Это и про встречу с собой. Не просто же так, к примеру, преподобный Серафим Саровский и другие святые уходили от мира в тихие места. Они искали уединения, чтобы встретиться с Богом и с собой, познать себя. Святой Исаак Сирин говорил монахам: «Пока вы себя не познакомите с собой, себя не полюбите, к людям нечего идти».
– Елена, Ваша история очень похожа на исцеление слепорожденного в Евангелии, когда «не согрешил ни он, ни родители его, но это для того, чтобы на нем явились дела Божии» (Ин. 9: 3). Но, наверное, чаще случается так, что болезнь является следствием какой-то духовной проблемы. Может быть, человек держит обиду на себя или на кого-то другого, может, какой-то стресс, страх, тревога. Как Вы считаете, почему именно онкология стала так актуальна в наше время?
– Думаю, что тут и духовная, и душевная болезнь, и нежелание прощать, – всё в комплексе. Когда мамы больных детей спрашивали батюшек: «За что? Почему?», батюшки меняли направление вопроса на «Для чего?» Если правильно поставить вопрос, то тогда всё становится на свои места. Самое интересное, что и ответ тогда приходит. Может быть, и не сразу приходит. Но он приходит, и становится понятно, для чего все это было нужно.
Наша жизнь сейчас очень сильно трансформируется. У нас есть доставка всего на дом, соседей мы не знаем, между собой не общаемся, все у нас онлайн, люди не встречаются. Мы же ведь и себя-то не знаем. Мы живем с какой-то иллюзией представления о самих себе. И только в страдании человек открывается. Как шелуха от лука отходит, отходит, и, наконец, появляется сердцевина. Человеку настолько бывает страшно с собой встретиться, а через страдания он встречается с самим собой. Человек узнаёт, что он, оказывается, настолько силен, и оказывается, что он вовсе не хрустальная ваза.
И вот эта постоянная суета. Все мы спешим куда-то. Эта гонка – это бег от себя в первую очередь. Когда мы живем, мы вообще не знаем, кто мы такие. Мы даже не задаемся этим вопросом. «Я пойду, я побегу, чтобы опять не встретиться с этим страхом». И от этого еще больше тревоги будет. Получается глобальный замкнутый круг. И выйти из него можно, только остановясь.
Наверно, онкология сейчас стала так распространена для того, чтобы мы остановились и вспомнили, кто мы на самом деле и что у нас есть Бог. Болезнь – это напоминание нам о Боге. Представляете, что было бы, если бы мы не болели? Вообще никогда не вспомнили бы о Боге.
Болезнь – это напоминание нам о Боге
Я работаю с людьми и вижу, что люди хотят любви, принятия, но не умеют, утратили способность любить себя по-настоящему, не эгоистично. Внутри у человека голод. Это как в фастфуде: вроде и чизбургер, и гамбургер, и картошку фри съел, а через полчаса опять голодный. Для того, чтобы простить себя, надо себя узнать, наполнить, а когда сосуд пустой, что он может дать? Надо себя наполнить, чтобы потом из себя могли черпать воду. Надо наполнять свой сосуд не суррогатами в виде денег, власти, славы, успеха и т. п., а духовной пищей.
В больнице сразу очень много освобождается времени на раздумья, на чтение книг, на беседы с ребенком, на ответы на тяжелые вопросы. В больницах Бог посылает тех, кого хочет к Себе. А там уже дело за человеком: пойдет он за Богом или опять в свою гонку вернется после того, как ребенок выздоровеет.
– Елена, Вы недавно стали дипломированным психологом, у Вас есть свой Телеграм-канал, посвященный вопросам психологии. Почему Вы решили получить профессию психолога?
– Это решение тоже пришло из больничного опыта. Мне не хватало немножко понимания, как работает наш человеческий мозг, как работает память, как работает психика – как это всё в человеке функционирует. У нас сейчас век цифровизации, и людям очень сложно поверить открыто, детской душой, приходится выходить через сознание. Я почувствовала нехватку таких фундаментальных знаний. Это уже мое третье образование. Первая моя профессия – педагог, потом я получила юридическое образование.
В жизни встречается очень много травмированных людей. Знание психологии здесь очень помогает, есть особенности работы с травмой. Важно понимать, что такое и утрата, какие стадии горевания проходит человек. Тогда знаешь, как человеку можно помочь.
– Елена, а какие темы Вы затрагиваете в своем Телеграм-канале? Может быть, у Вас есть частные сессии? На чем Вы специализируетесь?
– Я больше специализируюсь на родительско-детских отношениях, отношениях в паре, семейных отношениях, кризисах. Человек приходит настолько запутавшимся, что ни себя не чувствует и не понимает, где другие люди. Одна сплошная боль. И вот помогаешь по чуть-чуть раскрывать душу. Я стараюсь делать больше акцента на отношение человека с Богом.
Хочу отметить, что самая главная книга по психологии, – это Евангелие. Там написано всё! Бывает какая-то ситуация, и я говорю: «А вот в Евангелии тоже была такая же ситуация».
Самая главная книга по психологии – это Евангелие
В нашей жизни всё в основном строится на парадигме отношений с Богом и отношений с собой и с близкими. Больше ничего нет. Все остальное – это иллюзия.
– Вы, насколько я знаю, еще являетесь схема-психотерапевтом. Расскажите, пожалуйста, в чем отличие схема-психотерапевта от обычного психолога?
– Схема-терапия основана на том, что наше уникальное восприятие мира формируется с раннего возраста. На это влияет темперамент, который мы получаем от Бога, семья, окружение. Опираясь на детский опыт человека, понимая его глубинное убеждение, мы его прорабатываем и даем человеку другой опыт, который помогает правильно осознавать себя в жизни.
– А почему называется «схема»?
– У человека восприятие себя, мира и других людей складывается из детства и укрепляется в течение жизни. И если человек вырастает с убеждением (схемой), что мир, к примеру, – зло, люди – зло, и я в мире лишний, то шансы на какую-то здоровую жизнь, естественно, при таком подходе уменьшаются. И вот здесь мы прорабатываем схему. Сначала мы эти схемы выделяем на основании детского опыта, потом трансформируем. В целом, схема-терапия – это помощь людям, которые как раз-таки живут с неким искаженным восприятием мира, себя и других людей.
Психология – это помогающая профессия. Настоящий психолог помогает человеку все увидеть, осознать, переработать и избавиться от звенящей боли, пустоты и одиночества. Психолог должен быть принимающий и любящий. Психология – это лечение души душой.
– Елена, на Ваш взгляд, взгляд дипломированного психолога, должен ли психолог быть воцерковленным или, по крайней мере, верующим человеком?
– Да, для меня это основной критерий. Моя цель – донести до человека, что опираться надо не на себя, а на Бога.
– В связи с тем, наверное, что у многих психологов не произошла встреча с Богом и они не могут правильно помочь человеку, у некоторых людей, особенно у мужчин, к профессии психолога сложилось весьма скептическое отношение. В частности, одно из недопониманий со стороны мужчин заключается в том, что многие не признают лечение без готового рецепта, а психологи как бы отстраняются от ответственности и утверждают, что пациент должен сам дойти до того или иного решения, и только берут деньги. Как бы Вы прокомментировали такой момент? Почему психолог не дает рецепта?
– Если психолог дает рецепт, надо бежать от такого психолога. Я сейчас объясню, почему. Когда человек приходит на сессии, то мне уже понятно, откуда травма, откуда убеждение, как это трансформировать, что делать дальше. Но если я этому человеку выдам бумагу (в схема-терапии обозначает то же, что и в медицине анамнез), если я дам человеку рецепт, он не получит никаких глубинных изменений. Это будет аналогично визиту к нумерологу или астрологу, поэтому у нас так и развита вся эта магическая псевдонаука. Все хотят рецепта, а работать над собой никто не хочет. Без участия человека, без его свободной воли никаких изменений не произойдет. А людям, конечно, хочется таблетку. Человек пришел к тарологу, заплатил деньги. Таролог рассказала: «Вот сюда ходи, а вот сюда не ходи». Здорово, да? А где тут воля человека? В нашей сфере тоже очень много различного рода мошенников. Нельзя про это не говорить. Но все-таки много и профессионалов. Если провести аналогию, батюшка не причащает ребенка, если мама не понимает, что такое Причастие. Если это хлебушек и вино, батюшка не будет причащать. Так же и здесь. Должна быть осознанная воля человека. Если психолог выдаст рецепт, он забирает волю человека.
Без участия человека, без его свободной воли никаких изменений не произойдет
Если работа самого человека отсутствует, хоть миллион бриллиантовых таблеток выпьешь, ничего не изменится. Да, станет полегче. Но через год все вернется на круги своя. Человек снова окажется в той точке, где ему было дискомфортно, больно, неприятно. И захочет развестись или прибить кого-нибудь.
– То есть задача психолога – направлять вопросами разговор так, чтобы человек начал узнавать себя, так скажем, и тогда уже какие-то изменения будут происходить?
– Да, но не только разговоры, у психологов есть техники работы. Когда, например, у человека утрата. Кто-то внезапно умер, человек не успел попрощаться. Человек не успел попросить прощения, кто-то в ссоре, например. Как человеку жить с этим? Это же катастрофа. У нас тоже есть техники. И письма пишем, и сажаем на стул умершего, чтобы человек просто мог попросить прощения. Это так кажется: и что изменится, если я скажу? Очень даже меняется. «В начале было Слово» (Ин. 1: 1), и когда человек начинает говорить, начинает плакать, то через слезы выводит из себя эти все негативные мысли. В православии все очень продумано в плане утраты: можно и свечку пойти поставить, и сорокоуст заказать. А если человек неверующий? Это вообще беда. Но Господь же и неверующим помогает.
– Елена, какие слова поддержки Вы бы сказали людям, которые сейчас проходят трудные испытания в жизни?
– Очень хочется сказать, что вы не одни. Самое главное – человеку в кризисе и болезни не забывать, что он не один, и вокруг огромное количество людей, которые хотят и готовы помочь.
Нет людей, которые не проходят испытаний. Иногда кажется, что если человек оступился, то как будто он больше не имеет права даже подняться. К каждому человеку заложена огромная любовь Бога, огромный ресурс. Главное – увидеть его и дать себе возможность двигаться дальше. Мы все падаем и встаем. Когда мы с Богом, то подниматься легче. Господь берет наши страдания и несет их вместе с нами. Самое важное – не замкнуться в своем кризисе, в своем горе. Выход есть всегда, и он на самом деле очень близко. Мы все безусловно Богом приняты и любимы. Только к Нему нужно повернуться и взять эту любовь.
– Есть ли у Вас в жизни девиз?
– Чем больше отдашь любви, тем больше ее получишь. Я живу по такому принципу.
Беседовала Мария Колосова
26 марта 2025
Размер пожертвования:
рублей
Пожертвовать
Здесь вы можете оставить к данной статье свой комментарий, не превышающий 700 символов. Все поля обязательны к заполнению.