Перекати-поле

В свои пятьдесят два года Галина Викторовна была вполне довольна собой и своей жизнью. У нее была хорошая работа, замужняя дочь и отдельная квартира в зеленом районе. Главное же, чем она внутренне гордилась, была ее вера в Бога. Пришла она к вере лет десять назад – постепенно, через паломнические поездки – и теперь считала себя воцерковленным человеком: регулярно ходила в церковь, исповедовалась, причащалась. Старалась жить по-христиански: с начальством вела себя смиренно, а со своими немногими подчиненными – строго, но, как ей казалось, справедливо. Могла иногда и голос повысить, но это лишь в крайнем случае, когда обычных слов не понимали. Галина Викторовна помогала дочери, чем могла, а других близких людей у нее не было, муж умер давно. 

1 (68).jpg

Существовала, правда, некая Ариша – дальняя родственница со своей многочисленной семьей, но кем точно они приходятся друг другу, Галина Викторовна так и не могла понять. Помнила лишь, что их родители были очень дружны, что в детстве они часто приезжали к ним на дачу, где она, маленькая девочка Галя, играла с Аришей, бывшей старше ее на два года, и ее младшим братом. Дача была крошечной, садик небольшой, с раскидистыми яблонями – там за столом их поили чаем и угощали клубничным вареньем. После смерти родителей они с Аришей надолго потеряли друг друга, а потом случайно нашлись в сети и с тех пор посылали друг другу в мессенджерах поздравления с праздниками, изредка перезванивались и даже несколько раз встречались ненадолго в кафе. Из обрывочных сведений, получаемых от Ариши, у Галины Викторовны складывалось довольно сумбурное представление о жизни своих родственников. Дочь Ариши, Ася, окончив Архитектурный институт, работать по специальности не хотела, ссылаясь на то, что в современном градостроительстве реализовать себя невозможно. Занималась каким-то фрилансерством, делала декоративные панно и расписывала тарелки. 

Брат Ариши – Андрей, музыкант – имел аж троих детей, которые тоже занимались невесть чем: кто журналист, кто художник, кто экскурсовод – словом, ничего серьезного. И сколько-то там было еще внуков – Галина Викторовна сбилась со счета. А тут еще дочь Ариши, Ася, вышла замуж в тридцать два года и тут же забеременела. Муж Аси занимался организацией концертов по всей стране и ближнему зарубежью, мотался то и дело туда-сюда. Все эти многочисленные родственники находились в постоянном движении и представлялись Галине Викторовне неким единым организмом, в котором она с трудом различала отдельные черты. 

И вот Ариша позвонила Галине Викторовне и пригласила прийти в воскресенье. У Аси родился сын, Львом назвали. Приглашали домой к Асе, прийти посмотреть. Этот Аришин звонок сбил Галине Викторовне все планы. Шла последняя седмица Великого поста. В грядущее Вербное воскресенье она намеревалась пойти в церковь причаститься, а потом отдохнуть дома, восстановить в себе силы и душевный покой. Что-то много проблем возникало в последнее время: подчиненные позволяли себе взбрыкивать, начальник предпринимал какие-то нелогичные шаги, отчего у нее в душе возникало – нет, не осуждение, а неодобрение происходящего. А тут еще у зятя машина сломалась, и у самой вдруг спина разболелась. А тут в гости идти! Но отказать Арише она не посмела: давно не виделись, и такое событие – внук родился!

Ариша встретила Галину у выхода из метро. Казалось, она совершенно не менялась с годами. Прямая, крупная, в джинсах и куртке, с растрепанными волосами, она заключила Галину в объятья и, взяв под руку, повела к дому, рассказывая по дороге о событиях последних лет. 

– Ты знаешь, Ася сильно изменилась, как вышла замуж. Из буки и ворчуньи превратилась в саму доброту. Нашли они друг друга с этим Артемом, хотя оба слегка ненормальные. Увидишь, как они живут.

Ася сильно изменилась, как вышла замуж. Из буки и ворчуньи превратилась в саму доброту. Нашли они друг друга с этим Артемом

Ася сильно изменилась, как вышла замуж. Из буки и ворчуньи превратилась в саму доброту. Нашли они друг друга с этим АртемомАриша говорила быстро и громко, и эта ее простота несколько шокировала Галину, привыкшую взвешивать каждое свое слово. 

– Артема, мужа ее, сейчас дома нет, – продолжала Ариша, – он в очередном отъезде. Но это даже хорошо, иначе для тебя враз слишком много бы потрясений было. Он с виду настоящий хиппи, дреды до плеч, и ходит в чем попало.

Они шли широкой улицей вдоль старых светло-кирпичных домов с просторными дворами. Миновали красивую церковь и свернули в сквер, больше похожий на парк. Всё это напомнило Галине ее детство на тихой старой Шаболовке, она подумала, что много еще в Москве сохранилось приятных уголков, и на душе от этого стало спокойно и тихо.

– Ну вот, здесь они и живут, – Ариша указала на добротный дом сталинской постройки с высокой аркой посередине. – Пойдем.

Галина вдруг почувствовала неловкость от того, что идет в дом к незнакомым, по сути, людям. Когда она видела Асю в последний раз? Много лет назад, мельком. А теперь: «Здрасьте! Пришла вашего Льва посмотреть». Но Ариша уже уверенно подвела ее к потертой двери на втором этаже и нажала кнопку звонка.

Оказавшись в довольно большом сумрачном коридоре, Галина в первый момент онемела от открывшейся картины. Коридор был заставлен и завален всевозможными вещами, они громоздились повсюду в полном беспорядке, отражаясь в тусклом зеркале громоздкого старинного шкафа. Вешалки в коридоре не было, поэтому пальто пришлось положить поверх какого-то тряпья. Немного придя в себя, Галина наконец увидела Асю – худую, сутулую, с узким лицом, с небрежно заколотыми на макушке волосами. 

– Здрасьте, проходите, – сказала Ася так просто и спокойно, будто они виделись только вчера. – А там можно руки помыть.

В ванной комнате с облупленными стенами, заставленной тазами с бельем, банками и склянками, Галина вымыла руки под дребезжащим краном и, не найдя полотенца, вытерла их о юбку.

После увиденного в первые минуты жилая комната уже не могла ее удивить. Квадратное помещение с высокими потолками было заставлено по периметру старой мебелью. Тут находился продавленный диван, большой письменный стол, заваленный всякой рухлядью, еще один диван поменьше, еще один стол – круглый, покрытый какой-то немыслимой скатертью, на котором стояли вазы с высохшими цветами, шкатулки, тарелки и еще много чего. Рядом с диваном находилась детская кроватка, в которой блаженно потягивался младенец Лев.

«Господи! Как же можно так жить?!» – мысленно ужаснулась Галина. Сама она накануне провела генеральную уборка у себя дома, всё намыла, начистила и жалела только, что не успела плиту домыть. А здесь… Как беженцы живут, как цыгане…

– А это что? – с удивлением спросила она, заметив под потолком большой шар, словно скрученный из сухих веток.

– А это – перекати-поле, Артем из Казахстана привез. Он и сейчас там, – ответила Ариша. – Вот вернется, мы все и Андрей с детьми на дачу поедем, а потом – в Великие Луки.

2, превью (10).jpg

«Вот вы все и есть перекати-поле, – сердито подумала Галина. – Носитесь туда-сюда, сами не знаете, зачем». Ей вдруг стало трудно дышать. Она села на диван рядом с кроваткой и посмотрела на ребенка. Мальчик тоже внимательно смотрел на нее своими синими глазками, потом улыбнулся. Улыбка у него вышла хоть и милой, но кривоватой, а потому как бы насмешливой. Лев словно говорил ей: «Смотри лучше на меня, а не по сторонам».

– Ась, можно его из кроватки вытащить? – спросила Ариша.

– Да делайте, что хотите, – ответила та, перебирая бисер в коробке.

Ариша взяла Льва и отдала его на руки Галине. Тот и не думал возражать, а наоборот, потянулся к ней своей крошечной ручкой и закурлыкал. «Надо же! – умилилась Галина. – Всего один месяц отроду, а уже такой умный взгляд! И всё на месте: ушки, ручки, ножки». Она взяла букетик из вербочек, принесенный из церкви, коснулась им лба ребенка, перекрестила его и неожиданно для себя произнесла: «Храни тебя Господь!»

И вдруг всё вокруг стало утрачивать реальные черты. Словно в тумане видела она склонившуюся над шитьем Асю, выщербленный, потемневший от времени паркетный пол, старые фотографии на столе, Аришу, сидящую на стуле под полкой с иконами. Как будто этот миг был вырван из повседневности и запечатлен в вечности как нечто сокровенное, истинное, драгоценное. 

– Вы чай пить будете? – Ася поднялась с дивана.

Туман перед глазами Галины рассеялся, осталось лишь чувство светлого покоя, редкого умиротворения.

Они попили чаю на расчищенном краешке стола – с мармеладом, принесенным Асей, и пирожками, купленными Галиной в палатке у церкви.

– Вот так они и живут, – вздохнула Ариша, словно Аси не было рядом. – Я им говорю: «Хоть ремонт сделайте!» А Артем отвечает: «Зачем? Это такая морока! Мы и так хорошо живем».

– И в самом деле хорошо, – подтвердила Ася.

Ариша пошла провожать Галину до метро. Ася доверила им прогулять Льва. Пока они шли по улице, вымытой пролившимся недавно дождем, везя перед собой коляску со сладко посапывающим младенцем, Ариша рассказывала, в какой любви они живут. Артем каждый день звонит, скучает по Асе и сыну. А Ася послала ему на днях телеграмму: «Люблю и жду». 

– Разве еще существуют телеграммы? – удивилась Галина. – Я думала, только чаты.

– Существуют! Телеграмма – это же как быстрое письмо, его можно к груди прижать, – ответила Ариша. 

И опять это было, как сон или фильм, нечто неправдоподобное, удивительное.

Когда в Великую Среду Галина подошла в церкви к Исповеди, она с трудом могла найти слова, чтобы высказать то смятение, которое чувствовала. Страшно было сфальшивить и сказать что-то не то.

– Ветер, ветер мирских забот и страстей гонит наши мысли и чувства то в одну, то в другую сторону, – ответил священник, выслушав ее. – И мы катимся по жизни, как перекати-поле, то к добру, то к греху. То хорошее что-то делаем, то осуждаем и злословим, не замечая за собой, поэтому и говорится в Евангелии: «Не будем спать, как и прочие, но будем бодрствовать и трезвиться» (1 Фес. 5: 6). 

Галина стояла потрясенная. На протяжении многих лет она не слышала ни о каком перекати-поле, и тут – на тебе!

– Я, я и есть перекати-поле, – прошептала она со слезами. – Помилуй, Господи!.. А как, как трезвиться-то, батюшка?

– Молиться и любить ближнего своего, – ответил священник, накрывая ее епитрахилью. 

Эту Пасху Галина встретила в храме, впервые испытав во всей глубине радость Христова Воскресения. На следующий день она навестила дочку с зятем, а потом поехала с Аришей и ее семьей в Великие Луки. Там жил знакомый священник Артема, там собирались крестить Льва.

Размер пожертвования: рублей Пожертвовать
Комментарии
Написать комментарий

Здесь вы можете оставить к данной статье свой комментарий, не превышающий 700 символов. Все поля обязательны к заполнению.

Введите текст с картинки:

CAPTCHA
Отправить