Главная > Журнал > Бог и человек > Богочеловеческие добродетели создают человека

Богочеловеческие добродетели создают человека

Протодиакон Владимир Василик

Распечатать

О проблеме происхождения человека и его «человечности» размышляет доктор исторических наук, профессор кафедры богословия Сретенской духовной академии протодиакон Владимир Василик. 11–12 марта в Сретенской и Минской духовных академиях проходила V Международная научно-богословская конференция «Бог – человек – мир», которая в этом году посвящена теме «Человечность человека: поиск сокровенного». Отец Владимир выступил с докладом «Гипотеза о происхождении человека от обезьяны в свете святоотеческой антропологии».

Протодиакон Владимир Василик на конференции «Бог – человек – мир»

– Отец Владимир, Вы известны как яростный противник дарвинизма. На Ваш взгляд, чем эволюционная теория противоречит духовной, церковной точке зрения?

– Отношение к телу как к святыне присутствует во всей богослужебной жизни Церкви: нас помазывают освященным елеем, тело покойного (Требник определяет его как «честные мощи») кадят, пред ним ставят свечи. Мы причащаемся Самого Пречистого Тела и Честныя Крови. А в результате принятия эволюционной схемы выходит, что в основу творения человека изначально полагается грех, смерть и разрушение.

Что касается проблемы происхождения человека, то, утверждая происхождение человека от обезьяны, я думаю, мы его расчеловечиваем. Что говорится эволюционистами о том, как эволюционировал человек? Через что? Через жесточайшую конкуренцию, через жесточайшую межвидовую и внутривидовую борьбу. Внутривидовую борьбу, доходящую, по мнению теософа Тейяра де Шардена, до каннибализма. Тейяр де Шарден, столкнувшись в Китае с остатками поселения древнего человека, который питался мозгом обезьян, по-видимому, утаил человеческие черепа и кости, а обломки обезьяньих черепов выдал за останки обезьяночеловека. Так получился фальсификат под названием «синантроп».

Все это никак не согласуется с церковными представлениями о достоинстве человека, о святости человеческого тела и, соответственно, о достоинстве и святости человеческой души, потому что получается, что мы изначально, простите, людоеды, или, скажем так, внуки и внучки людоедов, синантропов. Получается, что мы изначально нацелены на борьбу, уничтожение и самоуничтожение. Тогда разговоры по поводу того, что Адам мог не умереть, – это всё вздор, грехопадения и смерти в результате не было, а Адам умер, потому что не мог не умереть: смертность была наследственно заложена поколениями его свирепых обезьяноподобных предков. Потому или мы веруем святому пророку Моисею, который говорил о сотворении мира и человека: «И увидел Бог, что это хорошо», или мы веруем Дарвину. Скрестить их через эволюционный теизм или даже направленный эволюционизм, в данном вопросе в особенности, я просто не считаю возможным по определению. Здесь вещи принципиальные. Это прекрасно понимали новомученики и исповедники Российские, которые под страхом смерти, перед расстрелом, с наганом у виска не отрекались от библейского святоотеческого учения о творении человека. И это прекрасно понимали великие богословы нашего времени.

И еще один важный момент по поводу творения как такового. Сам человек – это чудо, чудо изумительное. Как замечательно говорит поэт Державин:

Частица целой я вселенной,
Поставлен, мнится мне, в почтенной
Средине естества я той,
Где кончил тварей Ты телесных,
Где начал Ты Духов Небесных
И цепь существ связал всех мной.
Я связь миров, повсюду сущих,
Я крайня степень вещества,
Я средоточие живущих,
Черта начальна Божества.
Я телом в прахе истлеваю,
Умом громам повелеваю;
Я царь, – я раб, – я червь, – я бог! –
Но будучи я столь чудесен,
Отколь я происшел? – Безвестен;
А сам собой я быть не мог.
Твое созданье я, Создатель,
Твоей Премудрости я тварь,
Источник жизни, благ Податель,
Душа души моей и Царь!

Доколе мы будем только умствовать, доколе мы не научимся удивляться вот этому Божиему миру? Как говорил Владимир Мономах, «подивимся на этот Божий мир». Чуден мир Твой, Господи. Господи, чудны дела Твои, и ни едино же слово довольно будет к пению чудес Твоих. Каждая клеточка напоминает большой и сложный завод, а мы состоим из сотен тысяч, из миллионов таких клеточек. Каждое растение не в пример сложнее любого государства, любой научной системы. И такое само собой не образуется и за миллиарды лет, и за триллионы, и за квинтиллионы, и никогда. Просто законы теории вероятности не позволяют, поэтому будем, так сказать, честны перед своим разумом. И будем считать, что мир создал добрый и мудрый инженер. А за какое время Он создал, Ему самому ведомо. Он может все это создать во мгновение ока. «Яко Той рече, и быша: Той повеле, и создашася» (Пс. 32: 9), как говорит псалмопевец. Может быть, по каким-то соображениям Он мог творить и миллиарды лет, допустим. Но откровение нам говорит в лице святых отцов и в Священном Писании, что мир сотворен был за шесть дней. Слово «йом» в еврейском языке, иврите, – это 24 часа. Когда евреи говорили о каком-то долгом промежутке времени, то они предпочитали использовать другие слова.

– А что можно ответить людям с примиренческой позицией, которые говорят, что Господь всемогущ, и если Он мог содеять человека из праха, то Он мог содеять его и из обезьяны? Он ведь всё может, здесь нет противоречия.

– Конечно. Но я бы сказал, что как раз для всемогущества Господня было бы гораздо показательнее, красивее, изящнее сотворить из праха земного, чем из существа, так сказать, уже живого, уже по-животному одушевленного и близкого по комплекции к человеку. Это более красивая творческая задача. Собственно говоря, мне кажется, что слова «из праха земного» просто означают «создать тело из ничего». Скорее всего, это символ. Не обязательно из глины, не обязательно из праха, из пепла – просто из ничего. Здесь символ земли – это просто вообще ничто. Мне кажется, что эта задача соответствует величию Господню более чем, так сказать, усовершенствование обезьяны до человека. Хотя это тоже Господу не было бы сложным. Сложным – нет, но если бы оно так и было, в конце концов, евреи не стеснялись ни животных, ни животностей. Они не стеснялись грубости, не стеснялись грубых выражений. И если бы вдруг Бог решил сотворить человека из обезьяны, или, скажем, из вола, или из слона, да, кстати, почему бы не из лягушки, я думаю, что пророк Моисей нам бы об этом сообщил.

– Но ведь имеются же реальные кости – доказательства...

– Что касается всех этих костных останков. Как сказал один английский биолог, все их можно сложить в один гроб. Посмотрите, огромное количество костей динозавров. Изряднейшее количество мамонтовых костей. А мамонту, извините, кушать надо было побольше, чем человеку. И, соответственно, их было меньше. Шерстистый носорог неплохо представлен, пещерный медведь, но нет ни одного полного скелета наших уважаемых, в кавычках, обезьян, человеческих предков. Всё это мне напоминает конструктор «Сделай сам». Когда выдающемуся немецкому биологу XIX столетия Рудольфу Вирхову показали крышку черепа питекантропа, он внимательно посмотрел и сказал: «Извините, это гиббон». И вообще отказался дальше обсуждать эту тему. А уже потом военврач Эжен Дюбуа, который утверждал, что нашел недостающее звено между обезьяной и человеком, перед смертью признался, что бедро питекантропа находилось на расстоянии 15 метров от найденной крышки черепа и в другом слое. Как будто бы бедного питекантропа разорвало гранатой или вражеской миной. Здесь очень много нечистого. Я не являюсь биологом, я тут не компетентен. Но, как героя фильма «Иван Васильевич меняет профессию», «меня терзают смутные сомнения».

Скелет мамонта Трофимова. paleo.ru

– Отец Владимир, в чем же состоит «человечность» человека, выделяющая его из всех существ окружающего мира?

– Во-первых, конечно, в его словесности. То, что говорится иногда по поводу речей животных, – это не речь, это так, пересвистывание, перекрикивание, перестукивание, обмен эмоциями, в лучшем случае какая-то навигация. Но не обмен интеллектуальной деятельностью, духовной деятельностью, не обмен духовным миром. Этого просто нет у наших дорогих братьев меньших. Ну что поделаешь, Бог так создал.

Второе – это, конечно, разум. Причем разум не только в смысле приспособленчества, но в смысле творчества. Творческий разум. Тот огонь Прометея, который Бог дал человеку. Не утаил от него, как древние боги, изначально дал. И третье – это свобода воли. И это не только свобода самоопределения, но и свобода движения к добру. Это подлинная свобода, это естественная благая воля, внушенная изначально Богом человеку.

Следующее, что его делает человеком, – это, конечно же, любовь. Любовь сознательная, любовь разумная, не та инстинктивная, которая есть у любых животных. А именно любовь трезвенная, любовь организующая, любовь воспитующая, любовь деятельная. Стремление к чистоте духа, чистоте тела. Мужество и стойкость. И самое главное – это любовь к Богу и любовь к ближнему. Та любовь, что движет солнце и светила.

Вот можно вкратце перечислить те святые богочеловеческие добродетели, которые, как говорил богослов преподобный Иустин (Попович), и создают, собственно, человека. Если человек, то Богочеловек, Господь наш Иисус Христос, Его святые добродетели.

– Кто из святых отцов нашего времени ближе подошел к осознанию этой проблемы?

– Уже названный преподобный Иустин (Попович). Старец Паисий Святогорец. Еще святитель Лука (Войно-Ясенецкий), который говорил о недоказуемости эволюционной теории именно как биолог, говорил о грубейших проколах и говорил именно о достоинстве человека.

Конечно, святитель Николай Сербский. В своей книге «Из окна темницы» святитель Николай (Велимирович) утверждает, что вот уже три века, с XVIII по XX включительно, идет спор между Христом и Европой. В воображаемом диалоге Христос говорит, что Европа создана Им. Она Им искуплена, Им преображена. Она получила Его законы. Она получила Его разум, Его достоинства. И Европа нагло отвечает: «Ты устарел. На место Твоей устарелой веры мы изобрели естественные науки, мы изобрели биологию. И мы знаем, что мы потомки не Твои и Твоего Отца Небесного, а произошли от обезьяны и хотим самосовершенствоваться, чтобы стать богами...» По сути дела, здесь то, что в свое время предложил расист Дарвин, – я не оговариваюсь по поводу расизма. Между этим и тем, что предлагает Христос, – бездна. И надо выбирать, на каком краю этой бездны мы желаем остановиться. Тем паче, что по поводу расизма Дарвина есть серьезное свидетельство: то, что он всячески поддерживал ученого Гальтона – родоначальника евгеники, который был его двоюродным братом. Известно, что евгеника подразумевает уничтожение умственно отсталых инвалидов и уничтожение целых народов, которые почитаются неполноценными. И тот же Дарвин с восторгом говорил, что через столетия будут истреблены варварские неполноценные расы, и цивилизованные и полноценные расы займут свое место в мире. Отметим, что учителями Гитлера являлись социодарвинисты. И в этом смысле стоит со всей серьезностью поставить вопрос о дарвинизме как о системе, которая не просто покушается на достоинство человека, но и на саму жизнь человечества, человеческой расы как таковой, которая грозит человечеству самоуничтожением через взаимное истребление.

Что же касается самого творения (чем мы являемся по определению), то эмпирическая наука, которая находится уже внутри этого творения, не способна посмотреть на него извне. Эксперимент здесь невозможен, наблюдение здесь невозможно. Возможно лишь частичное имитирование некоторых элементов процесса. Но, как говорится, из ста мышей никогда не появится лошадь, из ста подозрений никогда не появится доказательство. И, соответственно, немногого стоит та якобы научная система, которая создалась прежде своей эмпирической базы, а потом уже подгоняет ее под себя, насилуя факты. И в данном случае я считаю, что наши бедные школьники достойны лучшей участи, чем изучать это иррациональное и недоброе в своей сути учение, которое способно провоцировать межнациональную вражду, расизм и которое, на мой взгляд, виновно минимум в трех мировых войнах.

Немногого стоит та якобы научная система, которая создалась прежде своей эмпирической базы, а потом уже подгоняет ее под себя, насилуя факты

– А как Вы ответите на такой вопрос: насколько возможно воспроизведение человечности вне человека?

– Обман и блеф. В лучшем случае из этого получится какой-то клон, какой-то уродец, который лишь внешне будет напоминать человека, но человеком он не станет никогда. «Сотворим человека по образу… и по подобию Нашему» (Быт. 1: 26). Тот, кто дерзновенной рукой вздумает устраивать что-то подобное, причинит много бед и горя людям, а на себя навлечет вечное проклятие как кощунник и богохульник. Бессмертная повесть Михаила Афанасьевича Булгакова «Собачье сердце» – лишнее тому доказательство. Межвидовая дистанция слишком велика, чтобы человек смог ее превзойти. Я думаю, что все эти разговорчики трансгуманистов – это какой-то огромный жульнический проект либо по вытягиванию денег, либо по дальнейшему «прессованию» общества. Мол, сидите и не возмущайтесь, а не то мы вас сейчас на органы разберем, клонируем сверхчеловеками и будем радоваться и наслаждаться...

– Как Вы считаете, нужно ли сейчас защищать человека от технологий?

– Безусловно. И можно, и нужно, и должно.

– Каким именно образом?

– Законодательным запретом всяческих подобных экспериментов над людьми, над человеческой природой. Принятием на международном уровне соответствующего законодательства. Если мы не хотим новых «отрядов номер 731» (это японское подразделение, которое использовало живых людей для экспериментов) и новых Освенцимов с господами Менгелями.

– Но от всего ли можно защитить законодательно, нормативно?

– Разумеется, нет. Нужна здоровая христианская среда. Прежде всего, конечно, интеллектуальная. Нужно здоровое христианское общество, нужна здоровая и сильная Россия, которая исполняла бы роль удерживающего звена и не давала подобным явлениям состояться в мире. И, соответственно, которая поддерживала бы во всех странах людей доброй воли и сообщества, желающие этому сопротивляться.

Беседовала Наталья Крушевская

Протодиакон Владимир Василик 16 апреля 2026

Издательство
Сретенского монастыря