Главная > Журнал > Бог и человек > «И узриши благая Иерусалима»

«И узриши благая Иерусалима»

Иеродиакон Даниил (Сикоев)

Распечатать

Насельник Сретенского монастыря иеродиакон Даниил (Сикоев) поделился воспоминаниями о своей первой поездке в Иерусалим, о Страстной неделе на Святой Земле и духовными размышлениями по этому поводу.

С тех пор как я стал воцерковляться много лет назад, мне хотелось побывать на Святой Земле. Думал, что на море побуду, на пару дней заеду в Иерусалим, в Тель-Авив. Я с этим жил и пытался что-то сделать, и ничего не получалось ни с билетами, ни с жильем, и с работы меня не отпускали. Уже спустя время я понял, что значит, когда Господь не благословляет. Так получилось, что после прочтения книги «Непознанный мир веры» (а именно – главы о схождении Благодатного огня), я понял, что мне нужно только в Иерусалим, и не нужны мне моря. У меня появились желание попасть в храм Гроба Господня и мечта побывать на Патриаршей службе. Когда я созрел к тому, что хочу приехать именно на Страстную седмицу, как только приоритеты расставились правильно, тогда всё устроилось.

Я начал узнавать у друзей об Иерусалиме и даже представить себе не мог, что меня ждет. Я приехал туда в Лазареву Субботу. А суббота в Израиле – шабат. Выхожу из аэропорта и говорю: «Господи, вот я приехал. Что мне делать?» А ощущение Бога на Святой Земле – особое, оно усиливается во много раз. Ты понимаешь, что ты просто ходишь под Богом, каждый твой шаг, каждый твой вздох совершается под Богом. Так вот, был шабат, такси нет. Милостью Божией мне встретилась женщина, которая указала на маршрутку до Старого города. Там я познакомился с русскоязычной матушкой, которая мне потом помогала. Мы приехали в Русскую духовную миссию, а ближе к вечеру меня пригласили на шествие Патриарха.

В Иерусалиме есть такая традиция: в субботу, накануне Вербного воскресенья, совершается шествие с горы Елеон. Патриарх приезжает туда, а обратный путь – это подобие того, когда Господь ехал на ослике. Ты спускаешься, и видишь этот город на закате, и вспоминаешь из Евангелия, как Сам Господь входил в Иерусалим, как Ему постилали одежды (см.: Мф. 21: 8). Люди шли, восхваляя Бога: «Осанна! благословен грядущий во имя Господне, Царь Израилев!» (Ин. 12: 13).

Для меня это было в диковинку, я тоже становился участником этих событий. Для них это большой праздник, потому что там собираются и копты, и грузины, и абхазы. Это реальная общность христиан, которые торжествуют, радуются вместе с Предстоятелем Иерусалимской Церкви. Люди идут, молятся, поют песни, кричат.

Это реальная общность христиан, которые торжествуют, радуются вместе с Предстоятелем Иерусалимской Церкви

Какой-то священник по пути это шествие поливает розовой водой, где-то у него стоит кадильница с приятным запахом. Сначала служится молебен, потом Патриарх разбрасывает в храме маленькие лавровые листья, а после этого берут икону праздника Вербного воскресенья и начинают спускаться. То есть с вечера начинается празднование Недели ваий. Это потрясающе. Когда мы спустились, уже была ночь. И это плавно перешло в ночную Литургию в храме Гроба Господня. Конечно, моей радости не было предела.

После этой ночной Литургии я пошел в отель, немного поспал. Прочитал последование и пошел на утреннюю Патриаршую службу. В тот год совпало так, что Вербное воскресенье выпало на католическую Пасху. Одновременно в храме звучал и орган, и греческие песнопения, и эфиопские. Я хотел причаститься, не знал, что нельзя два раза в литургический день причащаться, и расстроился. Но награда не заставила себя долго ждать, потому что после этой службы была встреча в Патриархии.

До пандемии существовала традиция: каждый год на этот праздник приезжали гости из России. В тот год приехал наш владыка Георгий (Данилов) с матушкой Сергией (Конковой), игуменией Серафимо-Дивеевского монастыря. Они приехали с подарками, и мы все пошли в Патриархию в большой архондарик. Там была встреча Патриарха с паломниками. Вообще, это называлось «кофе и бренди с Патриархом». Давали маленькую рюмочку бренди и кофе, и совершалось общение. Это был праздник. Я ходил по территории и не мог поверить, что я здесь. Можно было выйти на балкончик и увидеть рядом купол храма Гроба Господня. Вообще, архитектура старого Иерусалима невероятна. Можно в один миг оказаться на разных уровнях – метров на 20 вверх или вниз.

Воскресенье прошло насыщенно, а в понедельник в Русской духовной миссии я побывал на Литургии. Потом пошел к храму Гроба Господня, сел на площадь, и мне стало как-то грустно. У меня не было никакой программы, никаких экскурсий. Думаю: что же делать дальше? А потом вспоминаю, что за моей спиной – Малая Гефсимания. Это место, где находится Плащаница Божией Матери. Я пошел туда. Прихожу. Там одна дверь закрыта, вторая закрыта. Смотрю: икона преподобного Серафима Саровского. Я ему помолился, и выходит какая-то матушка, зовет меня. Попросила поднять сумки на лестницу. Я говорю: «Хорошо, давайте». Она оказалась смотрительницей этого храма и его потом открыла. Мы с ней, как смогли, пообщались. Она мне надарила подарков, красивых ленточек, на которых носят Плащаницу.

Сейчас, конечно, сложно передать все переживания, с которыми я там столкнулся. Но это настолько укрепляет в вере… Ты иногда задаешься вопросом: за что Господь дал столько милости, за что столько удивительных, невероятных обстоятельств?..

Гробница Богородицы в Пещерной церкви Успения Богородицы. Гефсимания

Потом пришли люди, которые собирались идти в дом апостола Марка. Там сейчас находится одна из первых ассирийских церквей. Это Армянский квартал. Существует предание, что, возможно, там совершалась Тайная Вечеря. Внизу – горница. Они очень хранят это предание. Для меня, как для Марка (мое имя до пострига), было вдвойне радостно оказаться в доме апостола Марка. Нам рассказали немножко истории, мы там помолились, ассирийцы спели свои песнопения.

Помню, что на вторник в том году, как и в этом, выпадал праздник Благовещения Пресвятой Богородицы. Конечно, я и мечтать не мог о том, чтобы поехать в Назарет на этот праздник. Но тут произошло какое-то чудо. Я решил, что после этой встречи пройдусь пешком через поток Кедрон на другую сторону к Елеонской горе. Пока ты идешь, ты видишь людей. Вообще, город Иерусалим – это огромная религиозная община. Не могу передать словами, но это всё, что связано с религией, причём разной: мусульмане, иудеи, копты, армяне, католики. И все это – непрекращающийся поток богослужений, шествий, общения. Кого ты только не встречаешь, тем более в самый пик – перед Пасхой. На тот момент, по-моему, уже совершился Песах, Пасха иудейская. То есть я попал в Иерусалим в первый раз в какой-то удивительный год, когда все накладывалось одно на другое. Дошел до Гефсимании. Пока я шел, мне звонит наша прихожанка тетя Катя и просит срочно позвонить другой прихожанке, которая на тот момент была в Израиле (в то время встретить там людей со Сретенки не было новостью).

В итоге наутро, во вторник, мы сидели возле Новых ворот в автобусе, который ехал в Назарет на праздник Благовещения. Там служил Патриарх Иерусалимский. Меня впечатлила арабская православная служба. Конечно, ничего не понятно из того, что они произносят. Ты просто умом понимаешь и сердцем радуешься, что вот здесь – место Благовещения, здесь ходила Божия Матерь, здесь Она жила, здесь ходил Христос. От одной этой мысли, от самого богослужения и Причастия в этот день я очень радовался. Я и мечтать не мог об этом. В начале моего паломничества у меня была только одна мечта – побывать на схождении Благодатного огня и на службе Патриарха. И вот уже получается вторая служба с Патриархом, с духовенством. И постоянно там присутствовало русское духовенство из Русской духовной миссии. Также всегда Патриаршее шествие сопровождает детский хор израильских или палестинских детишек, которые дуют в волынку. Звучат барабаны. Всё очень торжественно, празднично.

Атмосфера праздника Страстной седмицы в Иерусалиме, конечно, очень глубоко сидит в памяти. Господь дает такую радость пережить… Как говорят многие наши опытные отцы, когда бывают такие моменты в жизни человека, надо их хорошо помнить, потому что обязательно будут искушения – не то, что бы богооставленность, но уныние или отчаяние. И ты будешь вспоминать, когда Господь очень близок был. Для чего-то это же нужно было? В такие моменты, конечно, ты поражаешься Промыслу Божиему.

Как-то одна прихожанка мне сказала: «Да это у тебя пройдет». И меня это так напугало в хорошем смысле этого слова, что я сейчас живу в монастыре. Я так не хотел от всего этого отказываться – от особого присутствия Бога в жизни... За постоянный поиск Бога, за искание Его нужно бороться. И такие поездки нужны для укрепления веры. Вообще, в ту поездку я встретил множество людей из разных стран, и все они следовали за Христом. Это удивительно.

За постоянный поиск Бога, за искание Его нужно бороться

В Великий Четверг я впервые в жизни увидел чин омовения ног. И это было потрясающе. Все происходило на площади после Литургии. Перед входом в храм Гроба Господня ставится большая выдвижная конструкция, на которой с двух сторон сидели как будто бы апостолы, а в центре был Патриарх. Вспоминалась Тайная Вечеря, когда Господь умывал ученикам ноги. Я читал мнения некоторых священников, которые говорят, что ощущение Бога в этот момент настолько реальное, что не заплакать просто невозможно… Просто от одного события, которое в этот момент происходит, ты вдумаешься в то, что Господь препоясался, подобно рабу… А традиция на Востоке как раз подразумевала, что у гостя, который приходит с улицы, нужно омыть ноги и пустить его в дом. Господь именно это сделал. Также на церемонии они тянут жребий, кто же будет Иудой...

Это очень многолюдная, очень трогательная, очень глубокая по смыслу церемония. Нужно внимательно перечитывать Священное Писание, все сложные отрывки, которые Церковь подбирает в этот день для богослужения. Господь преподал ученикам абсолютно новую жизнь, взяв чашу, в которой было вино, и преломив хлеб. Он фактически преподал им Новый Завет через вино и хлеб. Вот что произошло на Тайной Вечере. Как пишет священноисповедник Сергий Правдолюбов, «Вечери Твоея тайныя днесь». Он слово «днесь» подчеркивает – здесь и сейчас. Он говорит, что Тайная Вечеря совершается единожды. На ней всегда присутствует Господь. И каждый раз, когда мы приходим на Литургию, мы становимся участниками этой Тайной Вечери.

Настолько многособытийные тексты читаются в этот день, начиная с блудницы, которая омывала ноги Господу, и заканчивая отречением Петра. А в центре – Тайная Вечеря. И так интересно получается, что это реальная жизнь про всех нас... Тогда, конечно, я эти события из Евангелия так глубоко не переживал, как сейчас. Они меня внешне впечатляли. Спустя годы ты меняешь отношение к тому, что происходит в эти дни. Конечно, и через чтение святых отцов, и через общение с духовно опытными людьми. Ты укрепляешься ими и вспоминаешь те пережитые интересные моменты паломничества на Святую Землю: как это было трогательно и волнительно!

Мы все переживали, как же попасть на церемонию схождения Благодатного огня. Все пытались находить какие-то билеты, кто-то за деньги оставался у арабов. Я для себя решил так: никаких билетов не покупаю, ничего заранее не придумываю. Для меня это не кино и не театр, для меня это совсем другое. Я не хотел заранее заботиться о каком-то месте в Старом городе, где можно переждать.

Между тем, дело шло к погребению Плащаницы Христа. Совершалось шествие Патриарха, который шел из Патриархии вместе с духовенством. Было невероятное, потрясающее по красоте погребение, когда Плащаница, которая лежит на Камне Помазания, наполняется лепестками роз. Сама служба совершается возле этого Камня. В храме Гроба Господня на стене есть большая фреска Плащаницы. Даже не понимая всего, что поют, ты чувствуешь всю трогательность этого события: погребают Господа…

После этого все оставались, где могли, для того, чтобы попасть на церемонию схождения Благодатного огня. После службы кто-то был в храме Гроба Господня, а мы пошли за Патриархом и духовенством. Вообще, иудейская полиция устраивает охоту на всех паломников, которые там находятся. Людей жестко начинают выгонять. Запускается сотня военных и полицейских в Старый город, чтобы зачистить его полностью от всех, кто бы там ни находился. Они заходят на балконы, в подъезды, в каждый угол, идет колоссальная зачистка. Мы шли за Патриархом. Духовенство и людей хотели отделить. Я до сих пор помню, как один из архиереев, размахивая мантией, как будто бы мечом отбивал этих военных и полицейских, для того чтобы люди, которые в небольшом количестве шли за ним, прошли. И мы смогли проскочить за этой процессией. Всех остальных остановили.

Церемония схождения Благодатного огня

Патриарх ушел в Патриархию, а один батюшка каким-то чудесным образом собрал всех нас и повел в домовый храм святителя Николая Чудотворца. А наутро он провел нас в храм Гроба Господня, потому что у него был билет. Там мы всю ночь служили Литургию. Там были и греки, и многочисленные другие паломники из разных стран. Меня позвали в алтарь, где я читал русские записки, пока совершалась проскомидия. Мы причастились. У греков нет традиции запивать и заедать Святое Причастие. А у нас был уголочек. Все, кто мог, что-то достали: хлеб, воду, напитки. И после Причастия наши матушки ходили по храму и всех угощали. Греки плакали от этой трогательной простой заботы. Людей сплотила Литургия. Было несколько часов на сон.

С утра раздается стук. Мы резко вскакиваем и строем идем на улицу, где полиция уже выставила кордоны. Доходим до Патриархии, нас заводят туда. И дальше уже выстраиваемся в очередь, чтобы через храм апостола и брата Господня Иакова спуститься вниз и попасть в дальнюю часть храма Гроба Господня. И так мы попали на церемонию схождения Благодатного огня. Это невероятно… Там были тысячи людей, которые пришли туда со свертками в 33 свечи. Они ждали Патриарха и его молитвы в самой Кувуклии. Она сделана таким интересным образом, что с правой и левой сторон есть места, куда передается огонь. А этому предшествует час, два, три… Мы 6 часов стояли в очереди для того, чтобы спуститься, и еще часов 5 внизу в храме. Молились, ждали, пока Патриарх придет. Это процесс достаточно непростой. Но ты буквально летаешь, потому что все эти десять тысяч людей обращены в молитве к Богу. И все по очереди поют: «Христос воскресе!»

И когда совершается схождение Благодатного огня, ты видишь первые зажженные свечи и эти факелы, которые передаются дальше, и как этот огонь быстро расходится по самому храму. Это непередаваемо… И не происходит никакой трагедии, никто не умирает, никто не поджигается, ни с кем ничего не происходит. Ты сам берешь этот огонь, проводишь им по своей бороде, по своим рукам, и он не жжет. И у всех на лице улыбка какая-то неземная. Люди радуются, как дети.

Ты сам берешь этот огонь, проводишь им по своей бороде, по своим рукам, и он не жжет

У меня вся одежда была закапана воском, я все эти свечи поднимал и кричал вместе со всеми: «Христос воскресе!» Мы все вместе радовались и благодарили Бога за то, что мы смогли дожить до этого момента. Это надо пережить, чтобы понять. Сложно передать словами всю ту атмосферу, все то состояние, переживания души, которые человек там испытывает, – это невозможно. И эту радость невозможно передать. У каждого – свои переживания. Кто-то видит лампады, которые сами зажглись, кто-то видит луч света. Когда выходишь из храма с этим огнем, ты весь в воске, видишь знакомых, в том числе и из Сретенского монастыря, ты радуешься и на уме только одно: «Слава Тебе, Боже наш! Какой подарок!»

После этой службы хотелось видеть все удивительным, небесным, радостным, во все верить, как ребенок. Вот этому, наверное, нужно учиться всю жизнь – по-настоящему быть в простоте какой-то и радоваться. Недаром же Господь сказал: «Истинно говорю вам, если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное» (Мф. 18: 3). И Он же всё это для нас устроил. Сколько столетий существует эта церемония! Однажды огонь даже сошел не там, а на улице.

Со временем приходит более глубокое осознание всего того, что мы имеем. Мне кажется, что мы не до конца прикладываем усилия, чтобы доказать свою преданность Богу и верность Ему… На каком-то этапе ты останавливаешься и думаешь: ну все, пока я что-то в своей жизни познал, и этого достаточно. Но движение должно продолжаться. Формат его может меняться. Нужен постоянный труд, обязательно с советом духовно опытных людей, которые не дадут тебе без спроса взлететь и куда-то улететь, откуда будет сложно потом тебя достать. На каком-то этапе тебя Господь может, конечно, за ручку держать. Потом Он тебя ставит на ножки и дает какие-то уже необходимые тебе воспитательные меры.

А дальше был праздник праздников. На саму Пасху сердце мне подсказало, что я должен быть в Русской духовной миссии. И Пасху мы встречали с отцом архимандритом Александром (Елисовым). Конечно, я всем на каком-то этапе жизни рекомендую, если Господь сподобит, побывать в местах, где Он Сам ходил. Эта земля освящена Его присутствием. Святая Земля. Независимо от того, как к ней относятся сами жители этой земли, все-таки это место – земля обетованная. И ты в полной мере это ощущаешь. Потом у меня были и другие поездки туда, и каждый раз мне Господь что-то новое открывал.

Пасхальная Литургия в Храме Воскресения Христова. mospat.ru

Вообще, весь Великий пост – это то самое паломничество, которое человек совершает на пути к Пасхе, на путь в Иерусалим Небесный. И оно наполнено чудесами. Мы видим из Священного Писания, что падение может стать причиной реального покаяния, которое приводит к удивительной радости. Не зря на протяжении поста приводились примеры конкретных людей. Господь тебе показывает радость как некий залог того, что тебя может ждать в той жизни на небесах. А потом спускает тебя на землю и говорит: «Смотри, над скольким еще нужно здесь потрудиться». Памятуя о том, сколько радости там, в Небесном Иерусалиме, надо собраться и попахать здесь.

Один наш иеромонах сказал мне: «Ты знаешь, живешь-живешь и понимаешь, что в какой-то момент ты находишься просто на правильном пути». И тебе этого достаточно. Тебя это укрепляет. Ты понимаешь, что неизбежны какие-то искушения, проблемы. Просто нужно выстраивать для себя эту борьбу, это стремление к постоянному поиску Бога. В этом отношении мне очень нравятся слова преподобного Силуана Афонского: «Скучает душа моя о Господе…» У него есть потрясающе глубокая глава в его писаниях, которая называется «Скучание о Боге». Те праздники, которые мы переживаем, дают нам возможность почувствовать радость встречи с Ним. Дальше опять начинается это скучание, и опять ищем. А дальше опять Господь нам показывается. Но мы должны непрестанно трудиться для того, чтобы узреть «благая Иерусалима» (Пс. 127: 5) и не останавливаться на пути к Нему.

Записала Александра Калиновская

Иеродиакон Даниил (Сикоев) 9 апреля 2026

Издательство
Сретенского монастыря