Главная > Журнал > Бог и человек > Пасха на передовой: когда жизнь торжествует над смертью

Пасха на передовой: когда жизнь торжествует над смертью

Распечатать

Иерей Игорь Васюков, клирик Нижне-Троицкого храма города Курска, в командировки к линии боевого соприкосновения выезжает регулярно. Вместе с иеромонахом Мелетием (Пестуновым), насельником разоренного Николаевского Горнальского монастыря, вывозил людей из Суджи. Всего священники спасли 70 жителей из Суджи и окрестностей. В марте 2025 года был контужен. Однажды он сбил из ружья-двустволки два беспилотника, которые преследовали его машину.

– Прошлый праздник Пасхи мы, священники, встречали сначала каждый в своем храме, а утром уже выехали в подразделение. Пасхальные куличи у нас были, яички. Какие-то сувениры приобрели для наших бойцов: кепочки летние камуфляжные, кому-то – фонарики, кому-то – конфеты. Конечно, бойцы были очень рады. Мы вручали подарки, молебны служили. Командование молилось вместе с нами. В том году сразу после молебна ребята пошли на штурм. Кстати, командир тогда сказал, что ребята, которые непосредственно участвовали в этом кратком пасхальном богослужении, совсем по-другому воевали в этом бою, и потерь не было.

Совсем по-другому проживаешь Пасху там, на фронте. Пасха – это победа жизни над смертью. Такое благоговение испытываешь… Да, страх присутствует, но мы всегда молимся, когда едем, читаем Богородичное правило. И страх уходит, когда мы начинаем молиться. Мы понимаем, что всё по воле Божией. Были прилеты, в прошлом году в Судже, когда мы людей оттуда вывозили, в метре от нас разорвался кумулятивный снаряд. Но, слава Богу, нам не причинил вреда, поэтому на Пасху, конечно, были ощущения совсем другие, и праздник по-другому ощущался. И бойцы воспринимают этот праздник совершенно по-другому, нежели какой-то из других праздников.

Кстати, мы и крестили, по-моему, двух или трех человек в этот день. Ребята говорили, что на это действительно была воля Божия, потому что о том, что мы приедем, они узнали в самый последний момент. В этом есть Промысл Божий, что они приняли Крещение в день Светлого Христова Воскресения. А в целом почти в каждую поездку мы крестим людей. Иногда даже бывало по 12–14 бойцов сразу.

За мою практику я встречал двух человек, которые, будучи там, заявили, что они неверующие. Мы пообщались с ними, но насильно же не будешь принуждать ни к чему. Один боец, который сказал, что он атеист, после нашей встречи буквально через три дня погиб. Со вторым бойцом мы общались достаточно сдержанно. Я помню, что они заходили в какое-то село на штурм. И мы приехали к ним, наверное, через пару недель. И вот прибегает этот боец, а я его запомнил, и спрашивает, можно ли покреститься. А я ему говорю: «Ты же в прошлый раз сказал, что ты неверующий». Он ответил, что пересмотрел свои взгляды. Бывает, что у кого-то вера приходит за один раз, когда человек ощущает помощь Божию, или силу Божию, когда Господь спасает жизнь, но это редко бывает. В основном, конечно, на это нужно время. И я спросил, как было у него, как он почувствовал это? И он сказал, что во время штурма на его глазах погиб товарищ. Он видел, как дроны добивали раненых и говорит, что сам упал, спрятался где-то и молился. Первый раз в жизни он просил Бога о помощи. И вот таким образом он крестился. Но я скажу, что, когда он крестился, это было осознанно, я на это обращаю внимание. Это не была какая-то формальность, он серьезно подошел к таинству.

И был еще случай в Ольговке, за которую несколько месяцев шли очень тяжелые бои. Мы крестили трех бойцов, в это время летели снаряды, укрыться было негде. Мы покрестили этих бойцов очень быстро. Мы крестили, и они тут же побежали на позиции. И тут прибегает еще один боец, Сергей, он был фельдшером, помогал раненым и сказал, что решил покреститься. Я спросил причину. И он рассказал, что одну посадку они никак не могли взять, было столько раненых, а он был один и не справлялся с таким потоком. Он бегал от одного раненого к другому и просто физически не мог ничего сделать. И тогда он просто взмолился на коленях и сказал: «Господи, сделай так, чтобы всё это закончилось! Я приму Крещение, пусть только это закончится!» И представляете, после этих слов украинцы сдались, и всё это прекратилось. И он прибежал к нам, мы его покрестили и фактически даже не успели побеседовать, потому что он тут же побежал к раненым.

Иерей Василий Алфеев, клирик Богоявленского собора города Ногинска, в свою первую военную командировку отправился в марте 2022 года. Сейчас у него уже 33 командировки и невероятное число свидетельств помощи святых, Богородицы и Господа Иисуса Христа тем, кто верит в Него и просит помощи и заступничества.

– Пасха Христова для бойцов – это праздник очень светлый. Он связан не только с традицией, но еще и с пониманием смерти на фронте. Любая война не обходится без потерь. Конечно же, бойцы, которые теряют своих друзей, которые каждый день соприкасаются со смертью, с ранениями и страданиями, по-другому смотрят на праздник Воскресения Христова. Для них это шанс на то, что в будущем все будет хорошо, что они встретятся со своими сослуживцами, своими друзьями, все будут вместе. Редко, конечно, пасхальные службы совершают священники: в некоторых подразделениях есть блиндажные храмы или часовенки. Мы, священники-добровольцы, помощники командиров по работе с верующими, обычно прибываем в подразделение на Светлой седмице, служим пасхальные молебны, ребятам раздаем куличи, общаемся на тему Пасхи.

Сейчас очень радостно, что в армии очень большой спрос штабов, чтобы отслужить торжественный молебен. Священнику важно рассказать о смысле праздника, его истории. Радостно, что приходят порой иноверцы, например, мусульмане, представители других религий и даже язычники. Они слушают, спрашивают и некоторые потом принимают православие. Наши беседы очень важны – не просто послужить, а именно все рассказать, разъяснить ребятам, чтобы они понимали, что это за праздник, каков его смысл.

Если мы совершаем богослужение, молебен в блиндажном храме, то обычно это десятки километров от линии фронта. Конечно же, бывает так, что мы выезжаем ближе к линии соприкосновения, ближе к фронту, там, где летают дроны и ракеты, и реально есть большая опасность. Но для священника всегда большая радость исполнить апостольские слова о том, что нужно нести любовь, свет. Но порой приходится проделать реально очень тяжелый путь. Например, если есть задача выехать поближе к «передку», мы встаем, бывает, в час, в два часа ночи, надеваем бронежилет, каску, снаряжаемся, берем Святые Дары, крест, Евангелие, крестильные наборы, запас вещей. В случае, если попадешь в какую-нибудь неприятную ситуацию, можно зависнуть на передке на сутки, на двое, поэтому нужно быть к этому готовым. Мы выдвигаемся сначала на машине, потом на квадроцикле едем несколько часов, потом пешком по 20–25 километров. Доходим туда, где находится личный состав. Везде служим небольшой молебен, ребят поздравляем, всем куличики раздаем. Это очень тяжелый труд, но он самый благодатный. Можно приехать на полигон, где будет тысяча человек.

Это, конечно, тоже очень правильно и хорошо. Но ничуть не меньше по значению приехать на линию соприкосновения и поздравить с Пасхой 20 человек. Просто силы не соизмеряемы. Когда ты не рискуешь жизнью, когда ты идешь на такой шаг, ты знаешь, что ты делаешь это не для того, чтобы кому что-то доказать, а для того, чтобы те, кто особенно нуждается во Христе, в празднике Пасхи, тоже получили возможность помолиться и причаститься. Для них это особенно ценно, потому что они там ближе к смерти, ближе к опасности. Поэтому мы делаем такие вот выезды, вылазки.

Пасха всегда остро ощущается, где чувствуешь Бога. В армии, вообще на войне, присутствие Бога ощущается очень сильно. Бывает, что человек крещеный, но невоцерковленный, по просьбе своей мамы или папы какие-то молитвы читал. И его вера формальная дает добрый плод и перерождается в настоящую глубокую веру. И с человеком даже чудеса самые настоящие случаются. На фронте их очень много. Пресвятую Богородицу видели некоторые бойцы, они сами мне рассказывали, преподобного Серафима Саровского. Это настоящее чудо, о котором нужно писать в книгах. Конечно же, Пасха – самое настоящее чудо, особенно когда приезжает священник и есть возможность причаститься. Для бойцов это, правда, большая радость.

Пресвятую Богородицу видели некоторые бойцы, они сами мне рассказывали, преподобного Серафима Саровского. Это настоящее чудо, о котором нужно писать в книгах

Как-то я причащал зэков, которые уходили на штурм. Задача перед ними была сверхсложная, они были готовы к тому, что назад не вернутся. И очень было тяжело с ними говорить. Я сказал: «Ребята, давайте молиться. Дай Бог, Свое чудо Бог сотворит, будет надеяться на это». Все причастились, все поисповедовались. Вечером я приехал к комбату на «передок», и мы с ним на экранах наблюдали штурм. Боец, который причастился, прибежал примерно в 4 утра с такими огромными глазищами и говорит: «Батюшка, представляете, мне два дрона влетело в спину, ни один не разорвался. Вот видите, сработало!»

Некоторые бойцы как дети, очень наивные. Они очень чувствуют вранье, чувствуют неискренность. С ними нужно быть максимально открытым. Надо быть точно уверенным в том, о чем ты говоришь. Это очень важно понимать. Ты должен говорить им так, чтобы твои слова были ничем не рушимы. А тем более, если твои слова еще подтверждаются чудесами. Как, например, этот боец причастился, и Господь жизнь ему спас. Конечно же, всё – на всю жизнь останется верующим человеком. Таких людей очень много. Один боец получил ранение в правую руку, попал в госпиталь и на его нательном крестике у Христа правая ручка опустилась вниз. Потом, когда он выздоровел, она выпрямилась. Господь такими чудесами показывает, насколько Он близко к людям находится. Господь показывает, что Он с теми, кому тяжело. Пасха порой даже в окопе ощущается более остро и красочно, чем в храме, в соборе на богослужении.

Иерей Игорь Васюков

Иерей Василий Алфеев

Подготовила Наталья Рязанцева

12 апреля 2026

Издательство
Сретенского монастыря